– Как гномы? – вырвалось у Кьяры.
Видно, что девушка «властелин колец» пересмотрела.
– Не совсем.
Как именно, ушастый объяснять не стал. Точно обиделся, вот уж это хрупкое мужское самолюбие.
– Скажите, как к Вам можно обращаться? А то же так совсем неудобно, – Кьяра решила взять быка за рога.
– Я совсем забыл, с кем имею дело, – мужчина провел пятерней по волосам, – У нас принято, чтобы женщина представлялась первой, так она показывает свою готовность к общению. Если же она этого не делает, то мужчина не имеет права ее принуждать.
– Но с нами Вы начали первый, – недоверчиво протянула я.
– Я правитель темных эльфов, у меня есть некоторые привилегии.
Ушастик улыбнулся одной стороной губ, это выглядело довольно мило.
– Меня зовут Тара, а эта рыжая, – девушка указала на лисичку, – Кимали, мы из Реймонфола.
У эльфа глаза удивленно округлились:
– Вы не из нашего мира?
– Нет, – ответила Кьяра, – из вашего, здесь только Больяра, это вот эта волчица.
Все шествие эльфов резко остановилось, и они удивленные смотрели на нас.
– Мы с Земли, – поддержала итальянка, – Меня зовут Кьяра, а ту, визжащую по утрам, Вера.
Я пихнула неугомонную девушку в бок. А нечего подкалывать. Хотя, в последнее время, для меня утро – самая не любимая часть дня.
– А кто у вас правит? – задал свой вопрос ушастик.
– Люди, – отозвалась я.
– Но ты же маг, – удивился темный.
– А как Вы это поняли? – я сощурила глаза.
– С помощью магического кристалла, – мужчина пожал плечами, – Я смотрел ваше состояние после перехода и понял ваши сущности.
– Я маг только на словах, – мой вздох показался печальным, – Так я магию совсем не чувствую.
– Ничего страшного, – уверенно и четко произнес мужчина, – Главное, что есть задатки, а умения придут.
– Мое имя Зана, я прибыла из Карадонора.
Голос девушки звучал уже более твердо и без испуга.
Мужчина немного склонил голову в знак почтения всем нам:
– Теперь настало время и мне представиться. Мое имя Наралон. Я правитель и защитник последних темных эльфов.
– Последних? – непонимание отразилось на лице Тары.
– Мой народ не сражался в войнах, не лез в самое пекло, не устраивал восстаний и переворотов, но нас все равно начали истреблять, как не нужный мусор.
Мужчина сглотнул, было видно, что ему тяжело говорить.
– Об этом мало кто знает, но древесные эльфы, когда проиграли в войне, решили отыграться на нас. Они истребили почти всех. От многочисленного народа темных эльфов осталась лишь маленькая деревня. За предательство, древесных изгнали и им негде было жить, вот они и захватывали то, что хотели. Все темные земли ушли к древесным. Из моего народа выжили лишь те, кому удалось сбежать.
– Какой кошмар, – на глазах Заны проступили слезы.
– Моя мать была беременна мною, когда бежала. Я поклялся сделать все, чтобы темные больше не умирали от рук древесных.
– У Вас получилось? – спросила Тара.
– Я продолжу свой рассказ позже, – взгляд был извиняющимся, но твердым. – Слишком многое стоит на кону, я не могу так рисковать.
Мы согласно закивали, если ему так будет спокойнее, почему нет. Мы не настолько любопытны.
– А почему Вы подумали, что мы на вас работаем? – вопрос Кьяры заставил и нас прислушаться к ответу мужчины.
– У нас договоренность с человеческой деревней.
Мужчина шел медленно и говорил так, чтобы мы все слышали.
– Они работают на поле, мы снабжаем их мясом. Урожай делим на всех. У них мало мужчин, охотиться некому, а у нас мало женщин. Так что, все в прибыли. Жители деревни перешли под наше покровительство. Их пыталась захватить соседняя деревня. Мы помогли. Все же людям с нами не сравниться. Так и пришли к соглашению. Днем они работают в поле, мы не показываемся без надобности. И есть от чего. Но это все потом.
Только подойдя к самой горе, увидели замаскированный вход. Открыв его, мужчины первым делом внесли оборотниц, потом пригласили нас. Сомнения еще мелькали в наших глазах, но, в любом случае, девочек мы бы не оставили.