– Вер, что такое? Тебя что-то беспокоит?
– Чувствую себя принцессой на горошине, но у меня и в правду замлела пятая точка.
Мне было стыдно, но Ким я могла о таком сказать.
– Не переживай ты так, это с непривычки. Скоро остановимся, разомнем ноги.
Кимали посмотрела на Больяру, она слышала наш разговор. Оборотни… Как я могла забыть? Да и ушастые тоже обладали хорошим слухом. Чего шептала, спрашивается, если и так всем все хорошо слышно?
– Я думаю, что нам лучше спешиваться раз в три часа на десять минут, чтобы размяться и попить. Наралон, Вы согласны? – спросила у главного Больяра, – Все же среди нас девушки непривычные к верховым прогулкам.
– Хорошо, я нанесу на карту места, где нам будет удобнее всего останавливаться.
Темный с легкостью развернул на ходу свиток и начал что-то помечать в нем.
Кьяра в очередной раз, пытаясь увернуться от поползновений лысика, решила перевести разговор:
– Наралон, могу ли я задать Вам личный вопрос?
Мы все посмотрели на девушку, та состроила умоляющую гримасу, видимо, Гарселл совсем ее достал.
– Задавайте, – главный эльф тоже был удивлен подобному вопросу.
– Вот Вы, – начала девушка, – правитель целого народа. Вы беспокоитесь о численности и приросте эльфов в Вашем поселении.
– Ну да, это моя обязанность, – эльф непонимающе смотрел на девушку.
– Да, я понимаю. Но…, – не успокаивалась итальянка, – но тогда почему у Вас нет жены?
– Ох, святые хранители, – закрыл лицо руками Наралон, – пришло и мое время, столкнуться с пресловутой женской логикой.
– Ну почему сразу так? – надулась Кьяра.
– Так, а какая связь между правлением и женитьбой? – не мог понять мужчина. Остальные эльфы тоже увлеченно прислушивались к разговору.
– Ну как же? – искренне не понимала девушка, – Женщин у вас мало и, пока Вы созреете, разберут всех самых хорошеньких. Что Вы потом будете делать?
– Хм, – отозвался Хорали, – признаться, в словах девушки, все же, проскакивает логика.
Мы все невольно улыбнулись. Теперь и мне стало интересно, что ответит главный эльф.
Мужчина как-то отстраненно посмотрел на небо, выдохнул и только потом тихо сказал:
– Я дал клятву, что пока не обеспечу безопасность своему народу, не буду строить свою семью. В этом нет смысла. Жениться, вырастить детей, чтобы потом, в один день их потерять? Семья привязывает к месту. Я бы не смог ездить по миру и искать новые поселения. Я бы боялся оставить их одних.
Мы все с искренним сочувствием посмотрели на Наралона. Я и представить не могла, что в его душе сидит такая гнетущая тоска.
– Извините, – прошептала Кьяра.
– За что? Вы просто задали вопрос. Вы не виноваты в таком исходе событий, я сам принял это решение.
Настроение у всех как-то резко снизилось и еще час все ехали молча, каждый в своих мыслях. Мы долго и очень аккуратно проезжали через густо растущие деревья. Я боялась, что лошадь споткнется об торчащий корень, и мы полетим вниз. Мне, аж, дышать стало легче, когда впереди показалась полянка. На ней и было решено сделать привал.
По всем законам приличия, девочки пошли направо, а мальчики налево. Размялись, попили, но обратно садиться в седло как-то не сильно хотелось. Только вот ничего не сделаешь, путь еще очень далек и пешком его преодолевать намного тяжелее. Помявшись, я все же залезла за спину Кимали. Кьяра в этот раз ехала с Наралоном, а Гарсэлл один.
– На следующей остановке поедим. Думаю, полчаса нам должно хватить, – громогласно, чтоб все услышали, сказал глава эльфов.
Однотипный пейзаж уже успел надоесть и мы откровенно скучали. Кто-то зевал, а кто-то напевал себе под нос неизвестную нам мелодию.
– Может в игру какую поиграем, а то же совсем скучно.
Капризный тон Кьяры заставил эльфов поморщиться. Но они стоически выдержали ее напор и никак больше не показали, что их что-то беспокоило.
– Кьяра, – покачала головой лисичка, – ты в своем уме? Голову совсем напекло? Так ты в сумке глянь, может, какой головной убор найдешь. Остынешь, полегчает.
– Чего сразу напекло? – надулась девушка, – Ну скучно же, все такие серьезные.