– А Вы постоянно в образе дракона? В человеческий вид не можете обратиться, как при жизни? – исследовательский интерес Тары перешел на новый уровень.
– Нет, к сожалению, не могу. Меня убили, когда я был драконом. После смерти магия перевоплощения не работает.
– Вы не против, если мы посоветуемся? – спросил крылатого Наралон.
– Нет, не против, я уже понял, что вы не на увеселительной прогулке. Всех ваших планов я не знаю, поэтому вы сами должны решить, пригожусь я вам или помешаю.
Голос призрака звучал равнодушно, но в глазах был интерес.
Мы слезли с лошадей, и отошли немного дальше.
– В принципе, дракон, хоть и в облике призрака, это хорошее преимущество. Может и не сожрет, но напугает точно, – начал Гарсэлл.
– А днем как? Нас сразу станет всем видно, – спросила Кьяра, – Он же огромный.
– Днем я сплю, меня никто не видит, – отозвался призрак.
– А если я случайно потеряю косточку, он что останется на том месте навсегда? – задала я интересующий меня вопрос.
– Ох, – дракон вздохнул, – не переживай, дева, я отправлюсь к своим останкам, меня тянет туда, я никак не потеряюсь.
– Ну и смысл нам был отходить дальше, если он и так все хорошо слышит? – задала риторический вопрос Кьяра и мы все мысленно с ней согласились.
– Так что? Все за? – спросил Хорали.
– Только если пообещает нам помогать и не вредить никаким образом, – предложила Больяра.
Дракон смешно плюхнулся на пятую точку и раскрыл руки ладонями к небу:
– Торжественно клянусь всеми хранителями, что никак не наврежу присутствующим.
Фраза прозвучала торопливо и впопыхах, будто дракон боялся, что мы передумаем. Нас всех озарил белоснежный свет, и облик Ордана, хранителя этого мира, провозгласил:
– Твоя клятва принята. Ступайте.
23
Мы поняли, насколько нам повезло с провожающим, когда призрак раза три вел нас другой дорогой, отличной от карты, тем самым обходя болото и топи. Сам же дракон объяснил это тем, что карта старая, а болота появились здесь только после войны, поэтому и не отображаются. Чешуйчатый представился нам, как Канор.
Шли мы, блуждая среди деревьев около двух часов, пока не выбрались на аккуратную полянку. Она была похожа на искусственно созданный кемпинг. Травка маленькая и пушистая, кустики аккуратные, и на дикие совсем не похожи, будто за ними кто-то ухаживал. Это наводило на странные мысли и мне, почему-то, вспомнилась сказка о пряничном домике ведьмы.
– Вам не кажется, что эта полянка чересчур комфортная? – поделилась своими подозрениями я.
– Кажется, – согласился со мной Наралон, – я чувствую магию. Не нашу.
Ноздри эльфа трепетали, он, словно ищейка, пытался словить ускользающий след.
– Расслабьтесь, – махнул лапой призрачный, – не сожрет вас эта магия. Наоборот, будьте благодарны, что я вам показал такое место.
Канор аж глаза закатил, демонстрируя свое отношение к нашим подозрениям.
– На этой поляне останавливаются те, кто приходит проведать своих родичей на драконьем кладбище. Здесь работает охранительная магия, и если присмотритесь, то сможете увидеть купол.
– Ух ты! – воскликнула Тара, – Мы изучали ее, но я никогда не видела такую магию своими глазами.
Магиня восхищенно смотрела по сторонам, лишь иногда всплескивая руками.
– А на дом можно такое поставить, ну или на комнату? – заинтересовалась Кьяра, – Вы только представьте, поставил такой купол, и можно годами не убираться. Вот же круть.
Дракон усмехнулся:
– Можно хоть на весь город, только для этого нужен очень сильный маг. У тебя есть такой на примете?
Итальянка почесала голову, потом повернувшись ко мне, выдала:
– Да, Вера, ты же маг. Вот, когда вернемся домой, ты просто обязана его сделать. Я готова даже билеты в две стороны оплатить. Сделаешь, а? Я ужасно не люблю убираться.
Девушка умоляюще надула губки.
Чешуйчатый с подозрением покосил на меня глазом, потом подлетел к самому моему носу и своей драконьей мордой уткнулся в солнечное сплетение.
– Ну да, сила есть, только спит еще. Разбудить нужно и как можно скорей.