Иду я вся такая красивая, а сердце в пятки уходит, мало ли. Вдруг пристрелят или в ту же клетку посадят, как диковинную штучку. Тут меня заметили.
– Как вы посмели заключить мою служительницу в эту клеть? – начала я грозно вещать потусторонним голосом, – Мне поклоняются городами... Поселениями... Стаями... А вы плюнули мне в лицо неуважением! Кара моя будет страшна! Я сожгу ваши души, и вы никогда не сможете возродиться вновь!
Эльфы побледнели. Я видела, как глаза у некоторых задергались в нервном тике. Голос подал, видимо, самый главный из них. Заикающийся такой голос.
– А-а-а, ты, т-т-точнее, Вы, к-к-кто?
– Вы, букашки, совсем страх потеряли? Я ангел смерти! Как можно не знать того, кто ведет твою душу в другой мир?
Я сделала свое самое грубое лицо. Надеюсь, что в этот момент оно не похоже на выражение злого хомячка.
Эльфы, как по команде бухнулись коленями на землю, мне их даже немного жалко стало. Но я продолжала держать маску негодования и презрения.
– Прости нас, милостивый ангел смерти, – начал главный из этой банды, – Мы не знали, что эта светлейшая дева, Ваша служительница. Помилуй нас, прекрасный дар небес. Сохрани наши души.
– Вы достойны наказания! – настаивала я на своем, – Вы со мной согласны?
– Да. Конечно, – донеслось отовсюду.
– Еще бы вы были не согласны, – пробурчала себе под нос я, но эльфы услышали и затряслись.
– Выбирайте: вы день просидите в храме, молясь мне и восхваляя, или же отправитесь собирать для меня грешные души? Тоже на день.
Эльфы переглянулись и в один голос застонали:
– Храм, милостивый ангел смерти. Просим тебя! Пощади!
Ушастые склонили головы и ждали моего приговора, я же, потянув театральную паузу и вздохнув, провозгласила приговор:
– Хорошо, я услышала вас. Живо в храм!
Рукой указала на каменное сооружение. И древесные, покидав свои сумки, уже было направились туда, как я сжалилась немного:
– Вещи свои возьмите. Вам день там сидеть.
На самом деле, я подразумевала, что намного дольше, не хотелось брать на себя смерть шестерых ушастых от голода.
Эльфы похватали сумки и бегом направились в храм. Зайдя в правильную комнату, захлопнули за собой дверь. Я даже услышала дружный выдох этой компании. Отлично, теперь искать нас точно никто не станет.
25
Где-то на землях древесных эльфов.
– Дэянар, ну чего ты бесишься? – спросил у хмурого мага Линас, – Ну, задержались немного, ничего страшного. Зато, смотри, сколько нас много.
– А толку? – зло спросил мужчина, – Какой нам будет прок с этого войска, если они уже мертвы? Ты понимаешь, что там девушки? Хрупкие, нежные, слабые…
– Ну-у…, – протянул лис, – Я бы так не сказал. Одна Больяра с лёгкостью заменит наших пятерых воинов. Да и видел я тренировки этих слабых девушек.
– Линас! – еле сдерживал крик учредитель, – Пятеро наших, но это земли эльфов. У эльфов есть магия.
– В основном ментальная, – отмахнулся Линас, – А ты сам вручил девушкам защиту от ментального воздействия и ядов. Так? Да за такие артефакты многие убить готовы, а ты их просто подарил за маленькое выступление, я до сих пор в шоке, – закатила глаза лис.
– Это была воля хранителей! – вскипал Дэянар.
Даже лошадь под ним начала волноваться и сбиваться с шага. Их компанию почти полностью заволокли темные тени, но лис был привычен к такому проявлению эмоций своего друга, поэтому даже не переживал.
– Линас, – выдохнув, продолжил маг, – я бы и так их отдал, только это привлекло бы сильно много лишнего внимания. Пришлось придумывать лёгкий конкурс. Хранители знали о возможной опасности, поэтому решили таким образом защитить девушек. Ты что-то имеешь против?
– Нет, – хмуро ответил огненный, – просто я гоняюсь за маленьким артефактом уже почти пять лет. Купить не получается, делать никто из мастеров не берется, хранители глухи к моим просьбам, а девушкам все на блюдечке. Держите, не обляпайтесь. Да я даже готов участвовать в отборе, чтобы мне его дали просто так.
– Ха-ха-ха, – не смог сдержать смеха Дэянар, – Скажешь тоже. А на первую брачную ночь, ты тоже готов ради этого артефакта?