Дракон, подплыв к эльфийке, замер и начал рассматривать.
– П-п-призрак! – завещала ушастая, – Нар, убей его! – обратилась Синель к темному.
Мы все дружно прыснули. Да, только ради этого момента, стоило терпеть чешуйчатого.
– Судьба моя, – заговорил примирительным голосом эльф, – он уже мертв. Это Канор.
– Этот дракон нам помогает, в отличие от некоторых, – завелась я.
Меня уже начинали выводить из себя замашки принцессы. После образования их пары, Синель стала еще противнее. И уже особо ничего ей не сделаешь, Наралон не позволит. А руки так и чесались.
– Синель, – игриво позвала девушку лисичка, – может и из тебя толковый призрак станет? Давай проверим, а?
Темный перевел взгляд на рыжую, лисичка на это только глаза закатила с выражением «все с вами ясно».
– Уже и не пошутить с вами. Скучные вы, – вздохнула Кимали.
– Не переживай, – дракон положил руку лисичке на плечо, – скоро такое веселье начнется, смеяться устанешь.
– Ты это сейчас о чем? – насторожилась я.
Терзали меня смутные сомненья по поводу этого призрачного. У него будто вечно задница на неприятности чешется. Вот что на этот раз эта морда придумала? Ведь не скажет.
– Скоро начнется дождь, – с предвкушающей улыбкой произнес Канор, – Ищите место для ночлега.
– Слушай, – встрепенулась Больяра, – а ты здесь для чего? Давай ты и ищи. Тебе проще. Полетаешь, посмотришь, потом нам скажешь.
– Хм, ну хорошо.
И вот это его «хорошо» мне совсем не понравилось. Видимо, придется нам спать на голой земле и укрываться травкой. Без ужина, без комфорта и тепла.
Призрак исчез, а мы не спешили разбредаться и тем более слезать с лошадей. Пусть лучше Канор все проверит перед этим, вдруг здесь ловушки какие есть. Вокруг было темно и некомфортно. Я крепко держалась за лисичку, так бы уже на дрожь одна сошла.
– Мы есть вообще будем сегодня, или как? – подала голос Синель, – Я такая голодная.
– Найдем место для ночлега и обязательно будем, – засюсюкал Наралон.
– А почему нельзя сначала поесть, а уже потом искать место? – состроила умильные глазки ушастая.
– Потому что, в таком случае, есть большой шанс, что съедят нас, – ответила я, пока эльф опять не выдал чего-нибудь ванильного.
Эльфийка надулась и демонстративно отвернулась от меня. Надо же, не понравилось. Ну, ничего, привыкай. Я не всегда такая добрая.
– Слушай, Синель, – позвала девушку Тара, – а что было с тобой в лабиринте? Как ты оказалась здесь?
– Ой, – положив руки на грудь, взволнованно заговорила ушастая, – это был просто ужас. Повезло, что папа подарил мне на день рождения артефакт защиты. Он не даёт ментально сканировать мою голову, внушать мне разные мысли и даже может сделать защитный щит, правда только один раз, при сильной опасности. Так вот, – вернулась к рассказу эльфа, – в лабиринте появлялось только то, о чем я говорила вслух.
Видя непонимание взгляды девушек, Синель пояснила:
– Ну, мне же страшно одной было, вот я и разговаривала сама с собой. И все было хорошо, пока я не вспомнила про своего преподавателя истории Инкарвиля, почтенного Лурона.
– Преподавателя? – опешила я, – Это как вообще? Мы там от чудовищ бегали, убивали, умирали, насмотрелись на смерть, а она преподавателя испугалась?
Во мне кипела обида. Вселенская… Горькая…
– Он был такой сморщенный весь, старый и строгий, – ушастую передёрнуло, – Гонялся за мной с картой и указкой. А глаза словно сверкали в темноте.
– Да-а, – многозначительно протянула я, – кто-то стоматологов боится, а кто-то преподавателей. А чего же ты так кричала? Мы думали, тебя убивают.
– Так почти и было, – опустила голову Синель, – Я когда бежала, споткнулась и упала, прямо на каменный пол. Повернулась, а сзади на меня уже этот летит. Спереди торчит указка, взгляд такой решительный. Я думаю, ну всё, точно продырявит. Повезло, что он тоже споткнулся в двух метрах от меня.
– Что за народ? – наигранно удивилась я и покачала головой, – Ну и брачные игры у вас. Мы думали, тебя там мучают, а ты с учителем развлекалась. Зачёт хоть поставил?
– Чего?
Эльфийка начинала злиться и по ее лицу поползли красные пятна.