Девушка с красными, как пламя, волосами повторила свое утверждение:
— Не может этого быть! Ты врешь специально, чтобы тебя не считали конкуренткой.
Глаза девушки блеснули. Их цвет мне показался очень интересным: коричневый с красными прожилками. Было такое чувство, что в них бушуют огоньки.
— Хах, — не смогла сдержать смешок я, — Дорогуша, я ищу способ, который поможет мне прямо сейчас отправиться домой. Если у тебя есть предложения, говори, — мой голос прозвучал немного грубо.
Просто бесят меня курочки, которые гоняться за выгодным замужеством и готовы идти по головам.
— Она не врёт, — вставила свое слово Кьяра, — Вер, ты православная?
— Да, — не понимая связи ответила я.
— По нашим обычаям, когда пара жениться, то они одевают друг другу золотые кольца на безымянные пальцы. Это свидетельствует о браке.
— Так а чего ты спрашивала про право- чего-то там? — полюбопытствовала красноволосая.
— Это разновидность веры в нашем мире, — ответила итальянка, — Я католичка, у нас одевают обручальные кольца на левую руку, а православные на правую.
— А, так у вас много Богов, — предположила девушка.
— И да, и нет. Ох, это очень сложная тема, давайте поговорим об этом не за завтраком, — решила не углублять разговор Кьяра.
— А что значит «венчаться»? — не унималась с вопросами красная.
Видно, что в ней сидит учёный.
Тут решила ответить я, чтобы дать итальянке отдохнуть.
— У нас можно заключить брак по документам государства, а можно в храме, по священным законам. Но в нашем мире главенствующим звеном выступает именно закон и официальная документация. А храмовые, уже на втором. Поэтому роспись обязательна, а венчание нет. Вот и у нас с мужем так. Мы в храм не ходили, наш брак зарегистрирован только государством.
Все сидели с открытыми ртами. И я переживала о приличиях открытого рта? Тут все, оказывается, так делают.
— А сколько вы в браке? — спросила Кьяра.
— Два года уже, — наблюдая за девушками ответила я.
Они были в шоке. У одной даже глаз задёргался.
— Поэтому, скажу сразу, мне этот отбор поперек горла, я ищу способы по возвращению домой. Так что не удивляйтесь моему халатному отношению.
Девушки удивленные начали искать свои места.
— Премилостивый Даротан, что это за отношение? Я что обязана сидеть за одним столом со слугами? Или это еда? — начала возмущаться девушка с золотыми волосами.
Я таких раньше никогда не видела: аристократические черты лица, высокий рост, очень стройная талия и выдающиеся формы. А когда поняла, что у нее ещё и глаза золотые, то вообще получила полное эстетическое удовлетворение, будто смотришь на богиню, сошедшую с небес. Только вот характер подкачал.
— Надеюсь, это уже испытания начались, — фыркнула золотоволосая.
— Сама ты слуга, — парировала Кимали.
— А жрать нас, подавишься, — осадила золотую грузная девушка стриженая под мальчика, — Нас учили распаривать брюхо зверю изнутри.
— Сбор немощных, — сузив свои сиреневые глаза, подпела золотой эльфийка.
Точно эльфийка, уши длинные не скроишь за прямыми пепельными волосами.
— Ага, а самая главная немощь это ты, — вступила в спор Кьяра.
— Да как ты смеешь так разговаривать с королевской особой? — вздулась длинноухая.
— А у тебя что, на роже написано, что ты из королевских? Ну-ка покрутись, может, пропустила чего, — усмехнувшись осадила эльфу я.
Мне показалось, что она сейчас лопнет.
Эльфийка сделала ко мне пару шагов и хотела ухватить за горло. Но я успела стянуть первое попавшееся блюдо со стола и опрокинуть ей в декольте. Визгу было столько, будто кота в колесо закрутило. В тарелке оказывается были оливки.
— Лимончика дать или предпочитаешь мартини? — не удержалась от последнего слова я.
В столовую стремительно вошло двое мужчин: учредитель Дэянар и огненный Линас. Для них оставались места во главе стола, а я сразу и не заметила. Учредитель окинул всех строгим взглядом и желваки на его лице напряглись. В комнате начали сгущаться тучи. Стало очень зябко и мерзко. По стенам побежали тени, они крались к нам. Аура могущества затопило всё помещение. Нас всех передёрнуло и склонило к земле.
— А ну все по местам! — голос был загробным, неузнаваемым.
Мы сразу расселись, забыв о разногласиях и спорах. Даже эльфа перестала выковыривать оливки с груди. Я смотрела на золотую, а ее то, тоже пригнуло, ничего себе силище.