Боже, прошло всего несколько секунд с тех пор, как он прикоснулся ко мне, а я уже готова кончить. Обычно на это уходят мучительно долгие минуты.
— О! — Я зажмуриваю глаза и, вцепившись в смятые покрывала, ощущаю, как оргазм прокатывается по моему телу и животу, словно разрушительная сила, стремящаяся поставить меня на колени.
Я теряюсь в удовольствии, которое Лео выжимает из моего тела, и только когда оно начинает стихать, он нежно целует мой сверхчувствительный клитор, прежде чем вытащить из меня палец. Он ласкает мой вход, выпивая каждую каплю моего возбуждения, и к тому времени, когда он поднимается вверх по моему телу, я чувствую себя окутанной теплом только что пережитого экстаза.
Лео обхватывает мою майку и приподнимает ткань. Он тяжело дышит, как будто это он кончил.
— Так чертовски идеально, — бормочет он, и от темного тембра его голоса у меня мурашки бегут по коже, отчего мои соски становятся еще тверже.
Его зубы царапают мой правый сосок, прежде чем его рука обхватывает мою грудь, и он кладет голову мне на живот.
— Ты такая красивая, — шепчет он с благоговением.
Я кладу руку ему на спину и провожу пальцами по его горячей коже.
Когда я ничего не говорю, он спрашивает:
— Ты в порядке?
— Да. — Я поворачиваю голову в сторону, чтобы попытаться увидеть его лицо. — А ты в порядке?
Он качает головой и, наконец, поднимает ее, чтобы посмотреть на меня.
— Далеко не в порядке.
Я убираю руку с его спины и скольжу ею по его плечу и груди. В моем голосе звучат соблазнительные нотки, которые удивляют даже меня, когда я шепчу:
— Я могу что-нибудь сделать, чтобы тебе стало лучше?
Уголок его рта приподнимается.
— Да. — Он частично нависает надо мной и кладет свои предплечья по обе стороны от моей головы, затем его губы впиваются в мои.
В ту секунду, когда моя рука касается его боксеров и я чувствую его твердый член, его язык касается моего, и он начинает страстно целовать меня.
Я сжимаю его толстый член через ткань, желая немного подразнить его, но в следующую секунду его тело дергается, и он шипит мне в рот.
Черт возьми.
Понимая, что он кончает, я поглаживаю его рукой.
Боже, он такой огромный.
Лео разрывает поцелуй, прижимаясь к моей руке, и мне кажется невероятно возбуждающим то, что он так сильно хочет меня, что одного моего прикосновения хватило, чтобы довести его до оргазма.
Замерев, он зарывается лицом мне в шею. Я убираю руку с его боксеров и крепко обнимаю его.
— Ну, это было совсем не постыдно, — бормочет он, а затем усмехается.
Не желая, чтобы он чувствовал себя неловко из-за потери контроля, я говорю:
— Это было очень горячо.
Лео поднимает голову и смотрит на меня с удивлением на лице.
— Я кончил в ту же секунду, как ты прикоснулась ко мне.
На моем лице расплывается улыбка, когда я смотрю ему в глаза.
— Это безумие, что мне нравится то, как ты меня хочешь?
— Нет. — Выражение его лица становится нежным. — Я до сих пор не знаю, что в тебе так привлекает меня, но это заставило меня влюбиться в тебя по уши. — Он качает головой, и, похоже, ему трудно справиться со своими чувствами ко мне. — Ты – самая сладкая пытка, которую мне когда-либо приходилось терпеть.
Я поднимаю голову и нежно целую его в губы.
— Ты – самое горячее искушение, с которым я когда-либо сталкивалась.
Он ухмыляется мне, перекатываясь на спину, и мои глаза расширяются, когда я смотрю, как он стягивает боксеры. Он снимает их и протирает тканью свой член, который уже снова твердеет.
Лео почти в два раза крупнее моего бывшего, и я упиваюсь видом бархатистой кожи и вен, извивающихся к набухшей головке его члена.
Бросив боксеры рядом с кроватью, он накрывает нас одеялом.
Он ложится и, видя, что я все еще в майке, приказывает:
— Сними ее. Я хочу, чтобы ты была голой, когда мы заснем.
— Все закончится тем, что мы трахнемся, — бормочу я.
Его ухмылка становится озорной.
— Нет, мы просто еще немного помучаем друг друга.
Он хватает мою майку, и я быстро поднимаю руки, когда он стягивает ткань через мою голову. Отбросив ее в сторону, он обнимает меня и прижимает к своей груди.
— Свет. — Я протягиваю руку, и мне приходится слегка перегнуться, чтобы дотянуться до выключателя. Рот Лео накрывает мой сосок, а его рука сильно массирует мою грудь, как раз когда я выключаю ночник.
Когда я поворачиваюсь к нему, он проводит рукой по моему боку и крепко сжимает мою ягодицу.
Я прижимаюсь щекой к его груди и слушаю, как быстро бьется его сердце. Закрыв глаза, я готовлюсь к долгим часам предстоящих пыток.
— Спасибо, Хейвен, — шепчет Лео. — Ты могла бы продолжать бороться и ненавидеть меня. Спасибо, что пытаешься простить меня.
Сначала у меня не было выбора, но за последние две недели все постепенно изменилось.
— Знаешь, я обычно стараюсь быть оптимисткой, — беззаботно отвечаю я. — Если не можешь победить своего врага, сделай его своим другом.
— Да? Это единственная причина?
Я протягиваю руку и кладу ладонь ему на грудь.
— Нет, это не единственная причина. С тех пор как ты вернулся домой, ты стал другим, ты уже не тот бессердечный ублюдок, который до смерти меня напугал. — Я запрокидываю голову, чтобы увидеть его лицо. — Такой ты мне нравишься гораздо больше.
— Я очень рад это слышать, — шепчет он, прежде чем поцеловать меня в кончик носа.
Лео кладет руку мне за голову, и я снова устраиваюсь поудобнее, прижимаясь щекой к его груди.
Теперь, когда сексуальное напряжение между нами на время удовлетворено, лежать обнаженной в его кажется особенно интимным.
Мне это нравится.
Кажется, будто мое тело знало его всю жизнь.
Глава 21
Лео
Приняв душ и одевшись, я пересекаю свою спальню и открываю дверь.
Хейвен направляется к лестнице, но останавливается и оглядывается через плечо.
Когда я запираю свою дверь, она спрашивает:
— Почему ты всегда ее запираешь? Боишься, что я буду шпионить?
— У меня в спальне есть оружие, и я не хочу рисковать, что ты меня убьешь, — честно отвечаю я, хотя теперь знаю, что Хейвен и мухи не обидит.
— Мудро с твоей стороны, — дразнит она меня, разворачиваясь и подходя ко мне. — Можно мне посмотреть, как выглядит твоя спальня? Я любопытная.
Я усмехаюсь и снова открываю дверь. Распахнув ее, я жестом приглашаю ее войти.
— Но будь осторожна. А то вдруг я тебя больше не выпущу.
— Хм... — Она одаривает меня соблазнительным взглядом, проходя мимо, и я мгновенно возбуждаюсь.
Теперь, когда я увидел ее обнаженной и попробовал на вкус ее киску, мне приходится постоянно бороться с собой, чтобы не повалить ее на кровать и не оттрахать.
Но мне также нравится эта пытка. Она стала для меня наркотиком.
Когда Хейвен видит стеклянные шкафы, занимающие всю левую стену моей спальни, ее глаза расширяются от удивления при виде всего этого оружия.
— Черт возьми, Лео! — выдыхает она. — Здесь очень много оружия.
Я засовываю ключи в карман и наблюдаю, как она проходит мимо моей кровати.
Образ ее обнаженной, распростертой на черном покрывале, проносится у меня в голове, и мне приходится поправить свой твердый член.
Хейвен медленно подходит к подиуму8 со стеклянным кубом, где лежит плюшевый единорог Карины.
Она долго смотрит на него, а потом спрашивает:
— Почему у тебя на подиуме лежит мягкая игрушка?
Хотя я ненавижу говорить о своем прошлом, я отвечаю:
— Она принадлежала маленькой девочке, которая много значила для меня. — Хейвен смотрит на меня, и я добавляю: — Я потерял ее.