Я дождавшись момента, когда пулемет перестанет стрелять, вынырнула из своего укрытия, ломанувшись в сторону от него. У пулемета было две слепые зоны, в которые он не мог посылать свои ненесущие смерть пули, а потому это был мой единственный шанс на то, чтобы добраться до пулемётчика и вынести его мозги без боязни того, что меня саму изрешетят, превратив в сито для промывания макаронных изделий.
Я нырнула за слепую зону и именно в такой удачный момент, что чуть стоило мне замешкаться и я стала-бы уже трупом. Пулеметчик был тоже не туп, так как судя по маркеру на ЛУМе, у него уже был опыт с такими целями как я, а потому он не станет лишний раз подставляться, допуская обхода себя с фланга. Я начала нового дышать, ведь едва не превратилась в решето, мои лёгкие работали на износ, а сердце шумно колотилось, заставляя пульс стучать в моих ушах. Сумев успокоиться, я прошла по проходу, стараясь не попадаться пулемётчика на глаза. Ведь стоило лишь ему меня заприметить, как в мою сторону тут-же начинали лететь пули.
Сумев в конечном счёте добраться до вершины холма, пулеметчик едва меня заметив, повернулся и выхватил пистолет-зубник, собираясь меня застрелить, я не теряя времени скользнула в ЗПС, разряжая всю обойму в его макушку. Пули изрешетили его тело, забрасывая огневую точку мясными ошметками. Мне в свою очередь прилетело несколько пуль, пробивших мою шкуру, но не сумевших пробить мышцы. Адская и нестерпимая боль пронзила мое тело, а я была готова чуть-ли не кричать, однако нужно было терпеть, ведь я кобыла, а следственно обладаю более высоким болевым порогом, в отличие от жеребцов.
Я открыла свою седельную сумку, извлекая оттуда два предмета: Мед-Х и Лечебное Зелье. Первое было необходимо, дабы убрать боль, а второе дабы ускорить регенерацию тканей. Я вырвала крышку зубами и воткнула в себя иглу, всего через пять секунд по моему телу разлилось приятное тепло, а вместе с ним ушла и боль. Выплюнув ставший уже бесполезным шприц, я вырвала крышку из флакона с зельем, после чего одним залпом осушила его. Да, не молочный коктейль, но в случае необходимости залечить ранения сойдёт. Дождавшись пока у меня спадет кровотечение, я продолжила свой путь, отмечая каждый шаг кучей трупов.
За четвертыми воротами меня ждал ещё более укреплённый огневой рубеж, теперь меня ждала толпа врагов, которых с вышек прикрывали снайперы, вооруженные триста восьмым винтовками. Ох, ну почему именно на мою долю выпало столь тяжкое испытание, может Богини на меня прогревались? Я скользнув в ЗПС, пометила снайперов, стоящих на вышках. Они в виду своей позиции представляют гораздо большую угрозу, чем бегающая вокруг них пехота. Два выстрела и один из снайперов повисает на бортике вышки, а второй падает вниз с огромной высоты.
- Замечен враг – заорали бандиты.
Да, замечен враг, враг который идёт по ваши души, подобно жнецу. Увы ЗПС выдохся и я не смогу его использовать в ближайшее время, так что мне нужно было либо тянуть резину, дабы дождаться перезарядки, либо пытаться без использования ЗПС, вынести врагов. Как вы считаете, каким методом я решила воспользоваться? Правильно, вторым и самым глупым, и самым тупейшим из всего того, что приходило мне в голову когда либо. Благо зелье лечения и Мед-Х по прежнему действовали, а потому я могла с лёгкостью терпеть ранения, однако это не наделяло меня бессмертием в прямом смысле этого слова. Я было по прежнему смертной, так что я руководствовалась девизом: Убей и не убит будешь.
Я открыла шквальный огонь по позициям врагов своих, превращая их в изрешеченные градом свинца куски плоти. Некоторым везло больше других и они имели ещё одну возможность для атаки, а другим не столь сильно везло и они становились жертвами пуль 5,56. Те кому удавалось избежать смерти, делали очередную самоубийственную вылазку, стремясь застрелить меня. Да, у них было большее количество пони и оружия, однако было видно то, что их работа совсем-совсем не согласованна, что превращало их в лёгкие мишени одного за другим. Я дала ещё один выстрел, который опорожнил мой магазин. Я стукнула задней ногой рычажок, дабы перезарядить свою винтовку. Едва счётчик патронов изменил свою цифру, я вновь выскользнула из укрытия, вновь начав сеять смерть.
- Дискорд вас побери – рычала я, - да когда-же вы закончитесь?
Эх, а как было хорошо, когда я жила в Колизее, не задумываясь над тем, когда у меня закончатся клиенты. Тогда я не думала о многих вещах, не думала о пропитании, не думала где поспать ночью, не думала о недостатке боеприпасов. Жизнь тогда мне казалась довольно простой и ненапряженной, однако был один минус, один ебучий такой минус: я была рабыней, а следственно золотая клетка не радует птицу, которая постоянно рвётся в небеса. Так что если спросить меня сейчас, а жалею-ли я о том, что сбежала? Я вам со сто процентной точностью отвечу – Нет, не жалею и никогда не стану жалеть. Колизей это ад, а я была там вареной колбасой, которую варят в кастрюльке.