Хорошо, что в местной религии, если так можно назвать те верования, которые я слышал, нет никакой концепции жизни после смерти. Что немного странно, ведь большинство основополагающих религий вроде христианства, ислама, буддизма и других возникли гораздо раньше, чем в наших мирах возникли расхождение. К примеру, католичество у нас сохранилось, хоть и трансформировалось в итоге в более радикальную и воинственную церковь Судного дня. Ислам также хорошо чувствует себя на Ближнем Востоке, и в некоторых вопросах даже мягче своих северных соседей. Тёрки Османской и Романской империй на религиозной почве идут уже сотни лет. Сходятся они только в одном: искажение — это кара, ниспосланная нам Богом. Но в этом мире, судя по всему, нет ничего такого, я даже не уверен, есть ли тут вообще эти религиозные течения. Может быть, их стерли точно так же, как и античные истории? Может быть, библейские истории тут сохранились лишь в формате разрозненных историй, как Одиссея?..
Но я слегка отвлекся от основной темы. Как уже сказал, в этом мире нет концепции жизни после смерти, а следовательно, и безумной фанатичности от народа ждать не стоит. По крайней мере, в этом княжестве. Людей запугивали демонами, но не было обещаний, что если ты ценой жизни убьешь колдуна, то непременно отправишься в рай. Впрочем, этого и не требовалось, ведь колдуны желают разрушить охранителей и убить всех вокруг, любой нормальный человек будет сражаться с таким врагом, желая защитить своих близких. Только вот если охранитель оказывается разрушен, как в моем случае, то народу становится немного плевать на то, кто именно их защищает, главное, чтобы родные были под защитой.
Правда, стоит учитывать, что в центре страны, если так можно назвать этот набор княжеств, ситуация может быть иной. Приграничные территории испокон веков были сами себе на уме, независимо от страны, а в мире, где столь серьезные проблемы с путешествиями, это только усугубляется.
Наконец граф перестал молиться и слегка успокоился. Очень кстати, я уже стал немного уставать от его бубнежа. Вот уж кто бы мог подумать, что он столь религиозен.
— Вы видели одного из лютоморов и остались живы⁈
— Лютоморы? Вы их так называете?
Он кивнул.
— Они одним прикосновением способны убить человека. Говорят, что если лютомор коснется тебя, то ты не просто умрешь, а станешь одним из его слуг, демоном мрака. Ты будешь все видеть и понимать, и страдать, сея ужас среди людей.
— Жуть какая, — хмыкнул я, почесав подбородок. — То есть, по легендам, они так и появляются? Демоны мрака?
Никто мне прежде такого не говорил.
— Да, так волхвы часто говорят. Лучше дать сожрать себя обычному демону, чем лютомору. И что лютоморы могут принимать людское обличье и ходить среди людей днем, но узнать его можно по драгоценному черному камню на теле. Он всегда его прячет, ведь если солнечный свет попадает на камень, то лютомор умрет.
И впрямь интересно. Я теперь порадовался, что вытащил графа на охоту. Столько всего узнал, а ведь даже Юлианна ничего подобного не рассказывала, впрочем, я с ней лютоморов и не обсуждал никогда прежде. Может, она просто не считала это чем-то важным, ведь я сам никогда не обсуждал с ней черные камни.
— Ваше Благородие! — воскликнул Борис, прерывая наш с графом разговор. Жаль, у меня имелась ещё пара вопросов, но кажется, они могут подождать, потому что из леса где-то в сотне метров от нас на дорогу выскочил первый демон мрака. Мелкая и неказистая тварь, которых я уже вдоволь навидался.
Она уставилась на нас и замерла.
— Отойдите немного, надо проверить кое-что… — сказал я друзьям.
— Что проверить? — не понял граф, но Борис, догадывающийся, о чем я, взял того под руку и отвел на десятка два метров назад. Я же все так же стоял перед линией, но пока ещё не переступил её. Демон не двигался, стоял и таращился на меня своими алыми глазами.
— Ладно, а если так? — тихо произнес я, переступив черту. Сразу пропало ощущение, словно из меня по крупицам тянут силы. Оно было слабым, но если ты его почувствовал, то отделаться от него крайне сложно.
Стоило мне переступить черту, как демон осклабился, обнажив длинные острые клыки. На его спине вздыбились костяные шипы, а когти на лапах стали гораздо длиннее. Ладно, я ошибся, это был не обычный демон, скорее, пытающийся им казаться, но точно не лютомор, о котором говорил граф. Таких я вообще больше не видел после того, как мне чуть было не удалось одного такого пленить.
Скорость демон развил внушительную, но расстояние до меня было слишком большим. Позади испуганно пискнул граф, и прозвучал звук взводимого затвора на винтовке у Бориса.
Шаг назад, я пересек черту, и тварь стала останавливаться. Не резко, но прыть сильно поуменьшилась.
— Ага… — произнес я, ухмыляясь.
Шаг вперед, снова оскал, и тварь поспешила в моем направлении, правда, уже не так резво, словно понимая, что я вот-вот стану недосягаем.
Шаг назад, и я вновь словно перестал быть интересен для демона. Он меня видел, в этом не было сомнений, но при этом он отчетливо понимал, что не сможет на меня напасть. Сейчас монстр по-прежнему двигался на нас, но медленно, развалисто, словно и не боялся, что ему могут что-то сделать.
Большая ошибка с его стороны.
— Граф, — повернулся я к стоящему чуть в отдалении Строганову, — не хотите ли поохотиться?
— Д-да! Возможно… — робко ответил он, и Сергей передал ему одну из винтовок. Тот немного неуверенно покрутил её в руках, словно держал первый раз, хотя ему Борис провел небольшой инструктаж. Пришлось немного напомнить графу, как именно стрелять из этого оружия, а то тот рефлекторно начинал искать фитиль.
Учитывая ночь, бахнула винтовка громко, но граф промахнулся. Тварь прыгнула в сторону, а я выхватил револьвер и выстрелил, целясь ей в одну из лап. Новую партию пуль я слегка модифицировал, отчего они теперь вспыхивали не только в момент удара, но и во время полета, благодаря чему можно было увидеть сияющий шарик, летящий на огромной скорости. Сделал это как раз потому, что было много жалоб о том, что ночью сложно понять, насколько сильно ты скосил выстрел. Да и во время полета такая пуля могла обжечь оказавшегося рядом демона.
— Ещё раз! — крикнул графу, и он не без помощи Бориса смог выстрелить второй раз. На этот раз попал, сияющая пуля разворотила монстру грудь, и тот рухнул на землю, начав терять форму. Пять секунд, и от его тела ничего не осталось.