Говоря, девушка уже напяливала штаны, затем натянула рубаху и распахнула окно, выглядывая наружу. Оно выходит на задний двор, а не главную улицу, так что девушка безбоязненно выглянула и покрутила головой. Убедившись, что никто под окнами не ходит, собрала оставшиеся вещи и выбросила их туда.
Тут уже спохватился я.
— Ты что, собираешься так уйти?
— Да, так никто не заметит, что я ночевала у вас.
— Стой, это не самая лучшая…
Юлианна в один прыжок оказалась рядом с постелью и заткнула мне рот поцелуем, а спустя пару чудесных мгновений уже вновь стояла у окна. Раз, и её уже нет. Я выскочил из постели, бросился к окну и увидел лишь исчезающий за углом силуэт. Она ушла, а о татуировке мы так и не поговорили.
Досадно…
— Узнала что-нибудь интересное? — спросил я у Софьи, перехватив её утром.
— У графа?
— Да.
— Ну, как сказать… — немного замялась она. — Для начала, он женат.
— Кхм… Но к тебе это ему подкатывать не мешало?
— Не мешало, — немного недовольно ответила девушка. — Когда совсем опьянел, стал рассказывать, как я ему понравилась, как влюбился, золотые горы обещал, и что жена у него старая и страшная. Что женился на ней только потому, что она средняя дочь князя саратовского.
— Получается, он зять князя? — удивился я. — Тогда понятно, почему его сюда прислали. Ладно, пойдем поговорим с ним.
Князь Строганов сейчас завтракал и был мрачнее тучи. Напротив него сидел Филатов, а рядом и баронет. которого временно освободили и разрешили быть рядом с «гостями». Посчитал, что так будет проще с ними договориться.
— Господа, — улыбнулся я, присаживаясь за боковую часть стола так, чтобы Строганов был по правую руку, Филатов — по левую. Богатырь моему приходу рад не был, а вот граф был не столь категоричен, хотя уверен, что всё утро слушал о том, какой я ужасный колдун.
— Барон, вы как раз вовремя. Мы так и не успели вчера обсудить всё…
— Верно, барон нижнереченский намерен вернуть своего сына, любой ценой, — на последнем Филатов сделал особый акцент. Почти угроза, но она могла вызвать у меня лишь усмешку. С позиции силы он уже пытался выступать, и пусть радуется, что я его отпустил тогда, решив не проливать кровь.
— Вот о цене мы в прошлый раз и не договорились, — напомнил я, и Филатов на это поиграл желваками. Ему я очень не нравлюсь, что не мудрено, ведь я «зло-о-о-ой колду-у-ун», который повозил его по земле туда-сюда. Какой же воин, особенно считающий себя сильнейшим, просто возьмет и забудет такое. Нет, злобу он затаил, по глазам видно, но мне было по большому счету плевать. Если через графа смогу выйти хотя бы на нейтральные отношения с князем саратовским, это уже будет большой победой.
Мне нужно время и ресурсы, а не междоусобица. Не могу вести войну сразу на несколько фронтов, по крайней мере сейчас, с таким небольшим количеством людей. Всему свое время, как говорится.
— Что вы хотите за баронета Синицына, барон? — спросил у меня граф Строганов, закончив с завтраком. Съел он совсем немного, и не поймешь, то ли пища ему не понравилась, то ли похмелье дает о себе знать. Если последнее, то с этим надо отправить его к Алине, закрепим, так сказать, образ светлых магов.
— Двести рублей, — решил я, после недолгого раздумья.
— ДВЕСТИ⁈ — чуть было не задохнулся от возмущения баронет, да и лицо Филатова вытянулось от такой моей наглости. Что, впрочем, неудивительно, на двести рублей можно купить табун лошадей. Да на такие деньги можно купить несколько кораблей вроде тех, что стоят в порту.
— По мне, справедливая цена за баронета.
Граф был более сдержан, хотя и по его лицу было видно, что цену я загнул слишком большую, но тем самым я открывал возможность для торга. Главное, не продешевить, ведь я до конца не разбираюсь в местных ценах. И пусть я знаю, сколько может стоить кусок хлеба или лошадь, но этого маловато, чтобы действительно хорошо разбираться в экономике.
— Это слишком много, — взял себя в руки Филатов, продолжая сверлить меня злым взглядом. — Если бы вы не казнили дружину барона, то эта цена ещё могла быть приемлемой, но лишь за баронета?
— Дядя Андрей, да заплатите уже вы этому злыдню! — воскликнул сам баронет, который порой боялся на меня даже смотреть. Неужели я настолько страшный? Немного щетины есть, но и только. — Я домой хочу!
— Слышали? — ухмыльнулся я, сцепив пальцы в замок и облокотившись на стол. — Просто заплатите этому злыдню, желательно звонким рублем.
— Двести — это слишком много. Этого хватит, чтобы содержать гарнизон барона целый сезон, а зима только закончилась. Крестьяне ещё не отдавали оброк, не можем мы вот так просто взять и отдать столь значительную часть казны.
— Заплатите крепостными, — нашел я выход. Деньги — это наживное, а вот люди…
Людского ресурса остро не хватает. Кому-то же нужно работать в шахтах, в будущей литейной, мастерской и так далее. Через год-другой я намереваюсь превратить этот городок в огромный промышленный и торговый центр региона. Сюда будут стекаться тысячи торговцев, желающих обогатиться на выгодных контрактах. Могу сделать огромные деньги на одних только слитках той же меди, например. Работающая рудная шахта в местных условиях — это золотая жила.
— Крестьянами? Зачем вам они? — нахмурился Филатов.
— А вы вокруг посмотрите, у меня город полумертвый. У меня есть немного солдат и рабочих, но этого мало. Мне нужно местное население восстанавливать и к новым работам привлекать, так что если вопрос стоит, деньги или люди, я возьму второе. И даже если это будут неграмотные крестьяне, мне тоже сгодится, — честно высказал им я.
— Пятьдесят человек и пятьдесят рублей, — сделал встречное предложение Филатов.
— Семьдесят.
— Человек или рублей?
— И того и другого.
Он поморщился, а вот баронет смотрел на него с надеждой.
— Только при условии, что вы отпустите его вместе со мной. Деньги я заплачу вам сразу, но вот люди…
— Поверить вам на слово? — скептически хмыкнул я.
— Вам мало слова богатыря?
Так и норовило ответить «да», но немного подумал и покачал головой. Лучше забрать семьдесят рублей сейчас и выбросить из головы. Выбить двести я и не рассчитывал изначально, сотню с небольшим в лучшем случае. Семьдесят рублей — очень хорошие деньги.
— Хорошо, забирайте баронета и уходите. Крестьян пришлете позднее, но без вооруженного воинства, как в этот визит, — серьезно сказал я им. — Если я увижу, что к нам приближается судно, полное ратников, то потоплю вас раньше, чем пристанете к берегу.