— Я… такой же, как вы. Воин, что ходит в порталы, — пленнику было сложно говорить. Сказывалось как не слишком хорошее знание языка, говорил он с ужасным акцентом, так и давление призрачной короны на его разум.
— И как же охотник оказался боссом портала? Мне о таком слышать не доводилось.
— Меня предали… — рыкнул он. — Свергли. Мой младший брат организовал заговор, но трус не посмел бросить мне вызов как полагается. Он… гр-р-р-р… обманом заманил меня в зачищенный портал, и я сгинул вместе с ним.
— Это невозможно, порталы при схлопывании аннигилируют всё, что находится внутри.
— Нет… — орк мотнул головой. — Они делают тебя частью. Когда я очнулся, то оказался среди этих мерзких гоблинов. Они признали меня своим вождем, а этот голос вгрызается в мой разум и твердит, что людишек нужно убить.
— Голос? Чей голос?
— Голос искажения. Я не знаю… — это орк произнес с нескрываемой усталостью. — Ему очень сложно сопротивляться, но я пытаюсь. Даже не представляете, как сложно.
— А сдался ты почему?
— Понял, что нет шансов на победу. Вы сильный отряд, и даже если я убью вас, то придут другие охотники. Они всегда приходят. Моя единственная надежда выбраться была… угх… дождаться прорыва.
— Поэтому ты и забаррикадировался. Собрал всех вокруг и организовал оборону, чтобы выиграть время.
— Да, — он кивнул. — Но когда вы разбили мои войска, то смысла продолжать битву не осталось. Я решил, что лучше сдаться и попытаться договориться. Может, между нашими расами не так уж много общего, но у нас есть общий враг.
— Что думаете? — спросил я товарищей.
— Прикончить, — даже и бровью не повела Юлианна.
— Сама кровожадность, — едва сдержал я улыбку.
— Ну он сам говорил про этот голос в голове. Да и его вид… Меня учили убивать таких тварей, а не договариваться с ними.
— Мне тоже этот зеленый не нравится, — кивнул Лёня.
— Тебе просто не нравится, что встретился кто-то больше тебя самого, — не удержалась и поддела его воительница.
— А я считаю, что мы должны ему помочь, — высказалась Ксения. — Сами посудите, он такой же, как мы. То, что с ним произошло, может случиться с любым из нас.
— Да ну, — не согласился богатырь.
— Может, вы все его слышали! — девушка добавила в голоса металла. — Так почему бы ему не помочь?
— Понимаешь, — сказал я ей и одновременно другим, — мы не можем просто так взять и спасти его. Даже если не обращать внимания на эти его «голоса», с ними как раз есть пара мыслей, как можно разобраться. Мы не можем просто взять и вывести его из портала.
— Мы можем просто оставить его в живых, а когда пройдет срок, то он сам окажется в нашем мире.
— Да, окажется, гораздо сильнее. И убить его будет намного сложнее, если он обезумит.
— У нас есть драконобой, — так Ксения обозвала ту тяжелую пушку, из которой мы топили суда князя и обстреливали его дом.
— Проблема даже не в этом, — вмешался я. — Если бы все сводилось к прорыву, то черт бы с ним. Мы могли бы рискнуть, но у прорыва есть побочное действие, которое для нас будет более опасным.
— Вы про то, что порталов может стать больше?
— Да, про хаотичное открытие. Пока что мы открываем их искусственно, и пусть так и остается. Если случится прорыв, то где-нибудь неподалеку, например, в лесу на другом берегу, может открыться портал, а мы об этом даже знать не будем. Понимаете? Оно так и происходит изначально. Проморгали один портал, случился прорыв, и вот их уже два, а потом четыре. Прорывы допускать нельзя, иначе порталы будут распространяться, а в местных реалиях удержать их под контролем своими силами у нас не выйдет.
— Значит, убьем, — кивнула Юлианна, довольная таким решением.
— Нет, — покачал я головой.
— Но вы ведь говорили…
— Я говорил, что мы не можем допускать прорыв, но в остальном согласен с Ксенией. Он жертва, и какие мы люди, если даже не попытаемся ему помочь?
А ещё живой разумный босс — это же невероятно ценный образец. Шанс приблизиться к пониманию сущности искажения, и моя натура ученого просто не может позволить избавиться от столь ценного образца даже без попытки вытащить его.
Закончив небольшое совещание, которое на самом деле было просто озвучиванием своего решения друзьям, я вернулся к нашему новому зеленокожему другу. Тот был мрачен, и есть подозрения, что он слышал часть нашего разговора. Говорят, у орков слух и обоняние намного более острые, чем у людей, а вот зрение, напротив, подводит, оттого луками пользуются они очень редко.