Я поднялся на помост и повернулся лицом к залу. Столько людей, и все они смотрели на меня, ждали чего-то. Некоторые с надеждой, некоторые с опаской, некоторые с откровенной неприязнью, которую не очень-то пытались скрыть. Но даже несмотря на ненависть, они всё равно прибыли сюда, чтобы отдать почести новому королю.
— Сегодня мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать восхождение на престол нового короля, — начал Карл. — Ростислав Градов, победитель тирана Карла Двенадцатого, освободитель Кёнигсберга, защитник народа от порождений мрака.
Он повернулся ко мне.
— Готовы ли вы принять корону и все обязанности, что она несет? Готовы ли вы защищать этот народ и эту землю от всех врагов, внешних и внутренних?
— Готов, — ответил я.
— Готовы ли вы править справедливо, не ставя свои интересы выше интересов королевства?
— Готов.
Карл взял корону с подушки и подошел ко мне.
— Тогда властью, данной мне, я возлагаю на вас эту корону.
Интересно, я один оценил иронию этого момента? Властью, данной Карлу. Властью, что дал ему я, назначив десницей. Обычно эти слова произносил местный глава культа Охранителя, и имелось в виду, что власть дана Охранителем, но тут-то иная ситуация. Впрочем, не стоит слишком задумываться об этом, в конце концов, это просто часть церемонии.
Карл поднял руки, я опустился на одно колено, и он опустил обруч мне на голову. Корона оказалась тяжелее, чем я ожидал.
— Да здравствует король Ростислав Первый! — провозгласил Карл.
— Да здравствует король! — отозвался зал.
Крики были нестройными. Кто-то кричал с энтузиазмом, кто-то еле слышно бормотал, кто-то вообще молчал. Кажется, громче всех вообще кричал Лёня и заодно одним своим грозным видом стимулировал хлопать громче тех, кто его окружал. Но это было неважно. Главное, что церемония состоялась, корона на моей голове, и теперь я официально король.
Я поднял руку, и зал затих.
— Благодарю вас всех за то, что пришли, — начал я. — Я не буду утомлять вас долгими речами. Скажу лишь одно: впереди нас ждут тяжелые времена. Враги у наших границ, демоны мрака — все ещё угроза в ночи, а искажение расползается по земле на восточном фронтире, и многие сомневаются в нашей способности выстоять.
Я обвел взглядом зал.
— Но мы выстоим. Не потому что я какой-то особенный правитель, а потому что у нас нет другого выбора. Мы либо победим вместе, либо погибнем поодиночке. Я выбираю победу. И надеюсь, что вы выберете то же самое.
Короткая пауза, а потом я продолжил.
— А теперь я хотел бы показать вам нечто особенное. Прошу всех проследовать во внутренний двор.
По залу прошел удивленный шепот. Это не было частью обычной церемонии, и гости явно не понимали, что происходит. Но они потянулись к выходу, и через несколько минут весь двор был заполнен людьми.
В центре двора ждала подготовленная площадка. От ямы в земле шел пар благодаря работающим обогревателям. Рядом стоял Фёдор, немолодой крестьянин с обветренным лицом и натруженными руками. Он выглядел до крайности неуютно среди разряженной знати, но держался.
Я прошел к яме, достал из пространственной сумки семена и показал собравшимся.
— Это семена древа Света, — объявил я, — дар от богини другого мира. Это древо способно сдерживать искажение и защищать от тварей, порожденных им.
Я опустился на колено у края ямы и положил одно из семян в теплую землю. Затем присыпал его и поднялся, кивнув Федору.
Крестьянин подошел, всё ещё нервничая от множества взглядов, направленных на него. Он опустился на колени, положил ладони на землю и закрыл глаза. Несколько секунд ничего не происходило, но затем все окружающие увидели, как из почвы стал пробиваться едва заметный росток.
Самого Федора при этом повело, и хорошо, что рядом оказался один из бойцов, который успел его подхватить. Перенапрягся природник, но дело свое сделал, дал семени прорости.
— В будущем это древо спасет всех нас, — громко объявил я. — И с этого дня мы учреждаем церковь древа Света, которая будет поклоняться ему и напитывать древо своей верой.
Присутствующие напряженно переглядывались. Вести о том, что мы собираемся учредить новую церковь, для многих казались дикостью. Пусть местное дворянство и не слишком приветствовало культ Охранителя, но они прожили в этой вере много поколений, и вот так легко сменить её не вышло бы при всем желании. Но я был уверен, что нам нужно это сделать, особенно если мы хотим в будущем рассчитывать на помощь богини из моего мира.