— Это лишь первое древо из множества, которые будут посажены но всей земле и рядом с которыми мы возведем храмы. Также первым своим указом как короля я намереваюсь запретить деятельность культа Охранителя на своей земле.
Тут присутствующие уже откровенно зароптали, но я проигнорировал такую реакцию. Зато Карл перехватил слово:
— Дорогие гости, прошу пройти в обеденный зал, где будем чествовать нового короля!
Глава 9
Пир был организован на славу. Жареное мясо, дичь, рыба, пироги, овощи, вина и настойки — от всего этого ломились столы. Для местной знати, привыкшей к роскоши, это было в порядке вещей, но я заметил, как некоторые из моих людей, особенно те, кто пришел со мной ещё из Вольнова, смотрели на всё это изобилие с плохо скрываемым удивлением.
Меня усадили во главе стола, на возвышении, откуда открывался вид на весь зал. Юлианна сидела справа от меня, Карл — слева. Дальше расположились приближенные и самые важные гости, и чем дальше от центра, тем ниже был статус сидящих. И если к Карлу вопросов у присутствующих не возникало, то вот никому неизвестная девушка, сидящая ко мне столь близко, вызывала вопросы.
— Улыбайся, — тихо сказала Юлианна, наклонившись ко мне. — Ты выглядишь так, будто тебя пытают.
— Примерно так себя и чувствую, — буркнул я, но всё же попытался изобразить что-то похожее на довольное выражение лица.
Первый час прошел в бесконечных тостах. Каждый из баронов и графов считал своим долгом встать и произнести речь в мою честь. Насквозь фальшивую, разумеется. Даже те, кого я мог назвать своими «союзниками», едва ли были искренни в своих пожеланиях. Но да ладно, им некуда деваться, главное — чтобы слушались приказов. Большинство говорили примерно одно и то же, восхваляя мою мудрость, силу и прочие добродетели, которых у меня отродясь не было. Я кивал, благодарил, пригублял вино и мечтал оказаться где-нибудь в мастерской, подальше от всего этого.
Юлианна держалась молодцом. Она сидела с прямой спиной, улыбалась когда нужно, отвечала на вопросы придворных дам, которые то и дело подходили познакомиться с будущей королевой. После того, как кто-то поинтересовался личностью девушки, я прямо сообщил всем, что она моя невеста, так что теперь воительнице приходилось отдуваться. Я видел, что ей тоже некомфортно, но она не подавала виду.
Ближе к вечеру гости начали расслабляться. Вино делало своё дело, разговоры стали громче, смех звучал всё чаще. Кто-то из молодых дворян затеял спор о достоинствах охотничьих собак, в другом конце зала обсуждали какую-то старую семейную вражду. Обычная картина для подобных мероприятий, насколько я мог судить.
Солнце клонилось к закату. Я уже начал подумывать о том, как бы незаметно сбежать с собственного пира, когда двери зала открылись, и внутрь вошла женщина.
Она была высокой, стройной, с бледной кожей и серебряными волосами, собранными в строгую прическу. Черное платье облегало фигуру, а на плечах лежал меховой плащ. Но больше всего привлекали внимание глаза: красные, как у Карла, только ярче, насыщеннее. И холоднее.
Кларисса, как я полагаю.
Зал притих. Гости провожали её взглядами, кто-то с любопытством, кто-то со страхом, видимо, будучи осведомленными о том, кто именно объявился. Вампирша шла по проходу между столами неспешно, словно прогуливалась по собственному саду. За ней следовали двое мужчин в темных одеждах, скорее всего, её личная охрана.
— Ваше Величество, — она остановилась перед моим столом и, положив одну руку на груди, слегка поклонилась, — поздравляю с коронацией.
— Благодарю, — ответил я. — Рад, что вы смогли присутствовать.
— Не могла пропустить столь важное событие, — её губы тронула лёгкая улыбка. — Надеюсь, вы не против, если я присоединюсь к празднеству?
— Конечно. Для вас найдется место.
Слуги тут же засуетились, освобождая место за одним из ближайших столов. Кларисса села, приняла кубок с вином, но пить не стала. Вампиры не особо нуждаются в обычной еде и питье. Я, по правде говоря, понятия не имею, способны ли они вообще на такое. Карл точно может и есть, и пить, но он полукровка.
Следующий час Кларисса просто наблюдала. Сидела, иногда обменивалась парой слов с соседями по столу, но в основном смотрела на меня, на Юлианну, на Карла, на гостей и, видимо, изучала.
Когда за окнами окончательно стемнело, и слуги зажгли все светильники, Кларисса поднялась со своего места и подошла к возвышению.