Выбрать главу

Юлианна прошлась лишь по самому краю и намеревалась сделать ещё одну ходку в ближайшие дни. Пусть снег уже растаял, погода пока была довольно прохладной, но судя по тому, что доводилось видеть своими глазами, цветам холод не страшен, и даже случись заморозки, те не погибнут. Да и для прорастания природный маг не нужен, они черпают силу из древа Света, но вот количество и расстояние до этих деревьев имеет значение, так что когда мы разберемся с Артаром, возведем крепость в западных землях, на границе с хаотическим искажением, и посадим там третье дерево.

И к слову о дереве, мы уже занялись формированием новой религии. Было сформировано духовенство, жрецы и проповедники, деятельность которых пока оплачивалась из казны. Пока что они воспринимались народом странно, я бы даже сказал, враждебно, но вода и камень точит. Пройдут годы, без поддержки культ Охранителя окончательно развалится, и у людей не останется другого выбора, кроме как признать мою церковь Древа Света.

Пока же я специально пристроил к армии пару священников, которые должны будут благословлять бойцов и поднимать их боевой дух. А там, глядишь, иномирная богиня и впрямь решит помочь своим верующим.

От этой мысли я усмехнулся.

Но я немного отвлекся. Прямо сейчас в нашу сторону выдвигается огромная армия, и перед ней лишь небольшой форт, который мы воздвигли несколько недель назад при помощи геомантии. В том, что они без труда смогут его взять, я даже не сомневался, как, полагаю, не сомневаются и они. Тут гарнизон от силы человек двести. Но вот чего они точно не ожидают, так это того, что будет дальше.

По прикидкам до нас они будут добираться полдня точно, а значит, самое время начинать действовать.

— Александр, давай отмашку. Пора.

Синицын кивнул и оставил меня одного на башне, а сам направился к порталу, который был открыт во дворе форта. В нем он и скрылся, а уже через пятнадцать минут оттуда одна за другой начала выезжать тяжелая техника.

Первыми вышли артиллерийские тягачи, волоча за собой орудия на колесном основании. За артиллерией пошли танки: семь машин, тяжелых и угловатых, обшитых магически укрепленной броней. С танками моего уровня не сравнить, конечно, и наше детище больше напоминало первые образцы тяжелой военной промышленности, но так и должно быть. Их мы сразу отправили за стены, выстроив рядом перед воротами. Они должны будут встречать неприятеля огнем, когда тот подойдет поближе, а затем отступить, но не в портал, а за крепость, и двинуть по дороге в сторону следующей опорной точки.

За саму технику я особо не волновался, в создании каждой участвовал лично и примерно представлял её возможности и пределы, а вот человеческий фактор нельзя исключать. Каждый танк управляется экипажем из четырех человек, и обучались они примерно месяц. Слишком мало, но это всяко лучше, чем вообще ничего.

К моменту, когда танки вышли на позиции, на вершину дозорной вышки поднялся Карл. Было неожиданно видеть его тут, обычно он предпочитал отсиживаться где-то в тылу и не рвался на передовую.

— Решил самолично увидеть войско брата? — поинтересовался я, протягивая бинокль.

— Вроде того, — кивнул он и, взяв его, приложил к глазам.

— Такое ощущение, что они останавливаются, — я обратил внимание, что армия перестает приближаться.

— Скорее всего, будут ждать ночи. Вначале пошлют сюда армию демонов мрака, а на рассвете придут и добьют тех, кто выжил. Ну, я бы на месте Артара поступил бы так же.

— Что ж, в таком случае дожидаться ночи нам категорически нельзя.

Я ещё около минуты разглядывал вражеское войско, затем достал с пояса рацию и дал отмашку командиру. План был четко сформулирован и отработан уже давно, так что первый залп ударил через несколько секунд. Шесть артиллерийских орудий ударили почти одновременно, заставляя поморщиться от грохота. Карл тоже закрыл уши руками, а я, забрав бинокль, стал отсчитывать секунды.

Разрывы вспыхнули среди вражеских обозов. Один снаряд лег прямо в гущу телег, и те разлетелись щепками во все стороны, а второй накрыл группу пехотинцев, стоявших плотным строем. Остальные легли с небольшим разбросом, но по такой массе народа промахнуться было сложно.