— Быстрее!
— Я пытаюсь… — взволнованно ответила бывшая вампирская богиня.
Мы влетели на палубу флагмана за считанные мгновения до того, как до нас дошла взрывная волна. Хорошо, что барьеры на кораблях были включены и погасили большую часть урона от неё, но закачало нас на волнах так, что казалось, ещё чуть-чуть, и перевернемся.
Приземление вышло жестким. Конь на полной скорости врезался в палубу, распластавшись черной кляксой, а мы с вампиршей полетели кубарем. Если бы не доспех и не магнитные способности, благодаря которым я замедлил ход, точно бы что-нибудь себе сломал.
— Слава! — я не сразу понял, кто именно меня трясет и пытается поднять. Но когда в глазах перестало двоиться, я узнал Юлианну. — Слава, ты меня слышишь?
— Я… в порядке… кажется… — наверное, я приложился головой, и теперь меня немного вело и тошнило. Похоже, сотрясение.
Фломелии повезло меньше, она при падении свернула себе шею. Впрочем учитывая её суть, смертельным подобное не стало. Хотя вид того, как она поднимается на ноги с головой наперекосяк, был довольно жутковатым. Ей потребовалось полминуты, чтобы поставить голову на место и звучно хрустнуть шеей.
— Ненавижу, когда такое происходит…
— Ну, по крайней мере, «он» мертв, — улыбнулась Юлианна, и мне захотелось сказать пару ласковых супруге. Нельзя говорить подобные слова…
— Он не мертв, — тут же сообщила Лана Котова, материализовавшись рядом со мной и видимая, соответственно, только мне.
И у нас не было времени поговорить, потому что в нашу сторону уже что-то устремилось. Барьер, укрывающий Новый день, полыхнул, и сгусток тьмы врезался в палубу, отчего судно даже слегка просело, но материалы я использовал самые лучшие, так что палубу не пробило.
Сгусток тьмы дрогнул и раскрылся, открывая древнего вампира, ещё живого, но не вполне целого. От доспехов мало что осталось, тело было обожжено, левая рука оказалась оторвана, а часть головы и вовсе отсутствовала, и именно из неё росло аморфное черное нечто с множеством глаз. Частица Шарака. Тут, вблизи Эвигнахта, нет солнца, так что ничего ему не угрожает.
— Да… Зря я это сказала… — тихо пробормотала Юлианна.
— Вы думаете, что можете убить меня такой мелочью? — произнес Шарак голосом древнего старца и тут же продолжил уже голосом аристократичной взрослой женщины. — Я бог, вы можете разрушить этот сосуд, но меня вы не достанете.
— Ты зря так думаешь.
Кажется, впервые богиня древа Света решила проявить себя. Раньше она являлась мне лишь призрачным силуэтом, но теперь можно сказать, что её видели все, в том числе и Шарак. Когда я встречался с ней лично, она казалась мне довольно простой девушкой, юной, красивой, но слегка робкой. Сейчас же её вид стал куда более воинственным, и позолоченный доспех, в который она облачилась, лишь усиливал этот эффект.
— Ты… Ты та самая мелкая богиня, что присосалась к силе этого мира, — любопытно, что внезапно Шарак заговорил голосом Владыки Ночи, и голос этот был буквально пропитан гневом и презрением.
— Присосалась? — Лана дернула щекой. — О, не равняй меня с собой. Это ты пиявка, не достигшая истинной божественности и использующая «костыли», чтобы наполнять себя силой. Даже за столь долгий период, используя имя Охранителя, ты так и не сформировал Искру Созидания. Хотя мог бы, если бы отринул старые привычки. Но нет, ты не можешь сидеть сотни лет без притока энергии.
— Пусть так, — даже не попытался отрицать он, — но это все ещё мой мир, и у тебя тут нет истинной власти. Как ты думаешь, что случится, если я тебя прикончу?
— Думаю, мой муж очень расстроится и придет за тобой. Но для паразита вроде тебя хватит и меня.
«Разберитесь с телом, а я пока займусь тем, что наверху», — услышал я в своей голове.
И Лана исчезла, но лишь для того, чтобы небо над Эвигнахтом оказалось разорвано мощным лучом сияющего света, озаряющим крепость солнцем, возможно, впервые за сотни лет.
— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — внезапно завизжал Шарак тысячей глоток, и тьма, кружащая вокруг прорыва, хлынула в него, пытаясь залатать.
Похоже, наверху началась другая битва, и видели мы лишь её отголоски. Шарак внутри аватара тоже бурлил и время от времени будто бы дымился, словно его тоже касались солнечные лучи, хотя до светового прорыва было далековато.
Мы с Юлианной переглянулись. Я мотнул головой на древнего вампира, и та кивнула, доставая из-за спины свой любимый двуручник, вокруг лезвия которого тут же засияло голубоватое магическое пламя. Вслед за этим девушка укрыла себя магической броней. Фломелия тем временем сообразила, что будет происходить, и отступила. Впрочем, она и так не слишком любит лезть на рожон.