— Ненавижу! Я уничтожу все, что вам дорого! Пожру души ваших близких, чтобы они вечно страдали в моем чреве! — рычал аватар разными голосами, но от этого становился ещё более жалким.
Он заскреб остатками конечностей по палубе, попытался приподняться и не смог. Из ран, где раньше были рука и нога, потянулись тонкие черные щупальца. Видимо, остатки Шарака пытались хоть как-то компенсировать потерю, но толку от них было мало.
Используя остатки триплексов, я собирал их в клинок. Пока Владыка такой, думаю, я смогу как следует прожарить тварь, что скрывается внутри, проделать в ней ещё одну дыру и запихнуть световую гранату, которая дожидалась своего часа в пространственном кармане.
Юлианна замахнулась мечом и со всей силы вбила его в брюхо аватара, пригвоздив к палубе. Тот заерзал, пытаясь освободиться, но тщетно. Сейчас он больше напоминал насекомое, которое пытается освободиться от пригвоздившей его к столешнице иголки. Я добавил к этому ещё немного металлических оков, благо металла вокруг было достаточно, можно выдернуть пару не таких уж нужных фрагментов Нового Дня.
Я уже достал гранату и уже прикидывал, куда я буду её пихать. Обычно подобные вещи пихают в одно конкретное место, но не думаю, что это наш случай, проще куда-то в область шеи или головы.
«Погоди, не убивай его. По крайней мере пока…»
Тц…
Я слегка досадливо цокнул языком, но спорить с богиней было как-то глупо. Видимо, у неё есть свой план, которого нам стоит придерживаться. Но подготовку я не прекратил. Разделил триплексы и вбил их куда-то в область шеи, а затем раздвинул их в стороны, формируя дыру. Тело вампира к тому моменту стало совсем уж нечеловеческим. Разросшаяся внутри тварь Шарака была не маленькой штукой размером с ладонь, а занимала по меньшей мере половину тела и пыталась щупальцами достать до нас, но дистанции не хватало.
И тут небо содрогнулось, а черные тучи, висевшие над Эвигнахтом много столетий, стали рваться на куски. По ним прокатились золотые молнии, разрывая их сияющими разрядами, а аватар на палубе забился в новом приступи ярости и боли. Казалось, что ещё чуть-чуть, и он вырвется, а небо над нами окончательно стало проясняться.
Шарак забился в истерике, его тело стало истончаться под воздействием солнечного света.
— Стойте! — пропищало это существо, прячась в недрах того, что осталось от тела Владыки Ночи. — Я уйду! Покину этот мир, вы больше никогда обо мне не услышите!
— Серьезно?.. — я аж скривился.
— Сила… Я накопил очень много силы… Жизненных кристаллов, миллионы жизней… Они ваши… Я скажу, где хранилище…
«Я убила его основное тело», — сообщила Лана телепатически. — «Это было сложно, и я на какое-то время покину вас. То, что сейчас перед вами, последняя частица Шарака».
«Ты говорила, что он не бог, а паразит», — мысленно обратился я, прежде чем богиня уйдет. — «Кем он был на самом деле?»
«Кто знает? Полагаю, что ваша подруга догадывается, кем именно. Я чувствую на ней похожий отголосок силы».
Подруга? Взгляд мгновенно упал на Фломелию.
Та, впрочем, не слышала этого разговора и молча наблюдала за тем, как корчится в муках последнее воплощение Шарака.
«Значит, если мы сейчас его убьем?..»
«Он умрет окончательно».
— Замечательно, — осклабился я, подбрасывая в руке гранату. — О, этот мир ты действительно покинешь. Но по-нашему.
— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!
Я напряг колья, добавляя пространства, и толкнул прямо в отверстие гранату.
— Лучше отойти, — сообщил супруге, и мы спешно отошли подальше.
Взрыв не сказать что был сильным, но ярким. Достаточно ярким, чтобы от тела Владыки Ночи остались только фрагменты брони, одежды и костей. Плоть древнего вампира вместе с тем, что осталось от Шарака, была выжжена.
— Вот теперь всё кончено, — сказал уже, уперев руки в бока.
Юлианна хмыкнула и, убедившись, что действительно никто восставать не собирается, бросилась мне на шею с поцелуем.
— Подождите уж возвращения, — усмехнулась Фломелия, видя эту картину.
— Кстати, — хихикнула супруга, — как думаешь, в Эвигнахте удобные кровати? Думаю, нам с тобой стоит вернуться к старой доброй традиции победителей…
— Главное — чтобы там не спали в гробах.
— Да, так было бы совсем неудобно, — согласилась Юлианна.
— Я всё слышу, — напомнила о себе Фломелия. — И нет, вампиры не спят в гробах, по крайней мере, основная часть. Слышала я о таких фетишистах, но это, скорее, исключение. Среди людей тоже есть те, кто любят пиццу с ананасами.
— Слышал? — заговорчески уточнила Юлианна с искорками в глазах.
— Ага… Ну… Почему бы и нет, собственно.
Эпилог