Римус только кивнул в ответ, продолжая повторять про себя свою мантру и надеясь рано или поздно взять себя в руки.
- Я проверю портал, а ты посмотри, есть ли кто-то в конференц-зале.
Фелиция кивнула, покрепче перехватила палочку и поспешно направилась вперед. Через несколько шагов она повернула налево и исчезла из вида.
Римус глубоко вздохнул. Странная дрожь пронзала его тело, и тревожащая отстраненность все сильнее захватывала его. Что бы ни происходило еще, остановить приближение неизбежного было невозможно.
До восхода луны оставалось несколько часов. Надо торопиться.
Двигаясь быстро, Римус прошел серебристую решетку небольшого лифта и принялся считать светильники. Один, два…
Черт. Черт!
Даже несмотря на случившееся с первым порталом и зловещее безмолвие, окутавшее институт, Римус Люпин продолжал надеяться, что он ошибался, что работники института находились на совещании, что его подозрения о захвате заведения пожирателями смерти не более чем паранойя.
Но два разбитых портала – совсем другое дело.
Протянув руку, Римус собрал осколки портала с уровня пять. Ему пришлось побороть желание растереть остатки в пыль кулаком.
Вот тебе и легкий путь наружу…
- Римус?
Подняв голову, он увидел приближающуюся Фелицию с растерянным лицом и сомнением в глазах.
- Что с порталом? – спросила она без особой надежды.
- Мне видится систематический подход, - приподняв бровь, сардонически заметил Римус и продемонстрировал Фелиции обломки их второй надежды. – Я сомневаюсь, что нам повезет в следующий раз. А что с конференц-залом?
- Пуст, - сообщила Фелиция; за последнюю минуту она побледнела еще сильнее. – Но не в том смысле, в каком я ожидала. Пойдем посмотрим.
Вернув осколки на место, Римус последовал за Фелицией назад по коридору к большой двустворчатой двери, распахнутой настежь. За этими дверями располагался конференц-зал.
Помещение было большим и ожидаемо серым; в нем находились длинные деревянные столы с ужасно неудобными на вид стульями. Вдоль стен также стояли стулья, кроме одного угла, где Римус заметил маленькую дверь, предположительно ведущую в чулан или кладовку. На стене слева виднелся большой символ института.
Как и сказала Фелиция, зал бы пуст. Но вот выглядел он так, словно ему не полагалось быть таковым.
В канделябрах, размещенных между светящимися сферами, торчали неожиданно ярких цветов свечи. От тлеющих фитилей поднимались струйки дыма, свидетельствуя о том, что их потушили совсем недавно. Все стулья были аккуратно задвинуты на свое место, и перед каждым на столе лежала стопка бумаг – где-то аккуратная, где-то небрежная, а также перо и пузырек чернил. Расставленные по столешницам стаканы воды оказались разной степени наполненности, а несколько наполовину пустых тарелок содержали рассыпчатое печенье. Воздух был тяжелым и наполненным сильным мускусным, пряным запахом. На мгновение Римус вынужден был бороться с желанием закрыть глаза.
- Кролл всегда четко следует своим привычкам, - проговорила Фелиция, вырывая Римуса из раздумий. - Даже на незапланированной встрече он настаивал бы на соблюдении формальностей. Бумага и перья для всех присутствующих. Напитки и закуски. Я прямо вижу, как он возится с чарами, наполняя стаканы водой, тогда как остальные требуют от него перейти к делу. – Она оглядела серое пустое помещение. – Так этот зал выглядит в каждое наше совещание. Ну, кроме того, что сейчас в нем никого нет, - расстроенно добавила она. – Мне казалось, что, если бы все ударились в бегство, беспорядка было бы больше. А если бы кто-то захватил их, они, несомненно, не сдались бы без боя. Я знаю, что Эйвин и его коллеги не сдались бы.
Неправильность происходящего в этом помещении – таком обыденном, но пустом, лишенном жизни – чувствовалась сильнее всего. Благодаря недавно горевшим свечам здесь было не так холодно, но почему-то вонь от затушенных фитилей воспринималась хуже.
- Все это так странно, - заметил Римус. Удушливые запахи обволакивали его, и глаза снова начали закрываться. С трудом он продолжал держать их открытыми. Чертов запах, что, во имя Мерлина, это за… - Лиция, чем здесь пахнет?
Фелиция закатила глаза.
- Ах, это. Это свечи гармонии Зелии. Их фитили пропитаны каким-то успокаивающим зельем. Она всегда зажигает их, чтобы наши совещания проходили спокойно и плодотворно, - объяснила Фелиция. Принюхавшись, она продолжила: - Правда, обычно запах не такой сильный. Должно быть, с этой партией она перестаралась.
Сказать, что, на взгляд Римуса, этот запах сложно было назвать гармоничным – ничего не сказать.
- И как, помогает?
- Да не особо, - с бледной улыбкой призналась Фелиция. – В основном они просто усыпляют, но на наших совещаниях это может быть рассмотрено как счастливое избавление.
К черту дипломатию.
- По-моему, они отвратительны. У меня глаза слипаются.
Фелиция сморщила нос, но продолжила улыбаться.
- У тебя хороший вкус, - заметила она, но легкость ее тона исчезла, как только она снова обвела глазами помещение. – Римус, мне это не нравится. От состояния этого зала так и веет чем-то зловещим. Мне просто хочется убраться отсюда подальше.
- В этом я тебя поддерживаю, - со вздохом сказал Римус, снова стараясь побороть приступ паники. – Я сомневаюсь, что мы найдем в этом здании целый портал. Думаю, надо направляться к входным дверям и надеяться на удачу.
- Вряд ли нам хватит одной удачи, - возразила Фелиция, сжимая в пальцах палочку – их единственное оружие. – Полагаю, понадобится чудо. Не думаю, что тот, кто потратил столько времени на уничтожение порталов, просто оставил входную дверь открытой.
Ее слова практически дословно повторяли его мысли.
- Я знаю, но нам надо…
Неожиданно до них донесся звук.
Очень тихий, едва слышный, но в гнетущей тишине уровня пять он показался им криком. Римус замер; Фелиция развернулась на месте, наставив палочку в угол помещения.
Прямо на маленькую дверь чулана.
Что это еще такое?
Они переглянулись.
Ступая тихо-тихо, Римус направился через зал к двери, Фелиция последовала за ним. Кончиком палочки она указала на него, а затем на ручку двери. На мгновение Римус подумывал предложить взять палочку самому, но потом решил, что сейчас не время для споров, тем более в его дерганом состоянии. Так что он просто кивнул, крепко взялся за ручку и посмотрел на Фелицию, которая расправила плечи и направила палочку.
Римус стиснул пальцы и, дождавшись от Фелиции кивка, резким движением нажал на ручку и распахнул дверь.
- Импеди…
- Не причиняйте мне вреда, не надо! Ох, пожалуйста, пожалуйста, не причиняйте мне вреда!
Заклинание Фелиции так и замерло у нее на губах.
- Симона?
Оказавшись в мгновение ока рядом с Фелицией, Римус удостоверился, что она права. Это на самом деле была Симона Ригли, лежащая, скрючившись и дрожа, среди мусорных совков, чистой бумаги и пустых коробок; ее короткие толстые пальцы вцепились в темные у корней крашеные рыжие волосы, и она зажмурилась в ожидании удара. Еще несколько мгновений она продолжала раскачиваться и трястись, словно бы уже была ранена, и молить о пощаде, но затем медленно осознание того, что на нее не нападают, снизошло на нее, и один круглый глаз выглянул между пальцами, закрывающими лицо.
Ну прекрасно. Как раз то, что им было нужно.
- Фелиция! – потрясенно воскликнула Симона. – Я думала, ты пропала вместе с остальными. И… - Ее голос прервался, и полные щеки затряслись, когда она заметила Римуса. Ее рот открылся.
А затем она закричала.
- Сумасшедший бешеный! Сумасшедший бешеный! Он вырвался на свободу! – Коробки попадали, совки загромыхали, тарелки разбились, когда пухлая Симона попыталась забиться в дальний угол тесной коморки, продолжая визжать изо всех сил и царапая серебряными ногтями стены. – Помогите! Помогите! Помог…
Римусу едва хватало самообладания, чтобы остаться на месте, тогда как ему хотелось броситься к Симоне и отвесить ей оплеуху, таким образом заставив замолчать. К счастью, Фелиция оказалась расторопнее.