Станочек состоял из двух основных частей — подвижного стола, перемещающегося влево-вправо, и каретки, которая по вертикальной направляющей ездила вверх-вниз. Снизу к каретке крепилась силиконовая блямба пяти сантиметров в диаметре, обращённая сферической стороной вниз — тампон.
Когда я зашёл, Шурка как раз выставляла упоры. Два на станине, для ограничения хода стола, и ещё два для ограничения хода каретки с тампоном.
— Ограничитель высоты прямо на столе? — я подошёл ближе, пригляделся к конструкции.
Вертикальных ограничителей было два.
— Ага, — Шурка отпустила ручку, и мягкая пружина тут же утянула каретку с тампоном обратно наверх. — Рядом с клише один винт, у заготовки — второй. Подгоняю зазоры. Если пережать — краска смажется, недожать — отпечаток получается нечётким.
Шурка перевела подвижный стол влево. Оправка для колпачков тихо щёлкнула, чуть раздвинув подпружиненные губки — чтобы можно было быстро снять готовую деталь и вставить новую. Я сразу узнал этот узел — такой же, только побольше, мы использовали нашипорезном станке для центрирования заготовок. Только там он был из стали, а здесь из фанеры.
Шурка снова потянула ручку вниз. На этот раз каретка остановилась на другой высоте, уткнувшись во второй винт, в то время как тампон мягко коснулся клише с оттиском.
Ещё к алюминиевой стойке был прикручен компьютерный кулер. Он тихо жужжал, обдувая тампон, когда тот находился в поднятом положении.
— А это для чего? — я ткнул в него пальцем.
— Окно липкости чтобы не ждать, — объяснила Шурка. — Без обдува ждать долго. А так пока стол туда-сюда ездит, краска уже доходит до нужной кондиции.
— Я гляжу, у тебя тут и без меня неплохо продвигается, — я решил не мешать.
— Закончу с настройкой и позову помощников, — не отрываясь от станочка, кивнула она. — Один будет заготовки подавать, второй — краску накатывать.
— Я тогда пока в город съезжу, — предупредил я.
ㅤ
Из города я вернулся вполне довольный собой. Купил три ноутбука — себе, Лерке и Шурке. Поездка получилась на удивление приятной. Я расслабился настолько, что всю дорогу просто ни о чём не думал. Ехал, слушал музыку, смотрел на дорогу. Даже убивать не хотелось, что в последнее время стало редкостью.
Глянул на часы. Ого, три часа прошло! Прихватив одну из коробок с ноутами, я зашёл в мастерскую.
ㅤ
Внутри уже кипела работа. Шурка сидела за своим станочком, а рядом с ней обнаружились двое подростков — парень и девчонка, оба лет пятнадцати. Парня я узнал, из наших, а девчонку видел впервые, видимо, из Ольховки.
Я подошёл ближе. Подростки заметили меня первыми — парень дёрнулся было встать и поклониться, девчонка тоже вскинулась:
— Ваше Сиятельство!
— А ну сидеть! — одёрнула их Шурка, не поднимая головы. — Илья, не отвлекай пока, скоро перерыв.
Подростки переглянулись — не каждый день видишь, как деревенская девчонка шикает на графа. Но послушно вернулись к работе.
Я отошёл на шаг. На то, как работают другие, можно смотреть вечно!
Парень сидел сбоку. Перед ним стояла обычная табуретка, к которой, на подложке из обрезков пенорезины, была примотана вибрационная шлифмашинка. Он брал из коробки патрон и просто тыкал свинцовым носиком пули в войлочный диск. Пара секунд — и свинец туско блестел. Не как зеркало, скорее как донышко алюминиевой банки. Потом парень протирал патрон тряпочкой, видимо, от пыли, и ставил на стол рядом с Шуркой, так, чтобы та могла взять его, не глядя. Работал он не торопясь, полируя патроны в таком темпе, чтобы не возникало ни простоев, ни очереди.
Понятно, почему Шурка на них шикнула — любое нарушение ритма означает брак.
Сама она работала как автомат. Левой рукой, не глядя, подхватила патрон со стола, вставляла в оснастку. Тампон опустить, поднять, стол сдвинуть, тампон опустить, поднять, стол снова влево. И очередной патрон отправляется сохнуть.
А пока она переставляла патрон, девчонка успевала прокатила валиком по клише, освежая слой краски.
— Восемь, девять, десять, — считала Шурка себе под нос.
После десятого патрона она остановила стол в среднем положении, подложила под тампон кусочек самоклеящейся бумаги и опустила каретку. Подняла. Клеевая поверхность осталась практически чистой, только тоненький ободок краски по контуру — следы от краёв клише. Кивнула сама себе, бросила бумажку в мусорное ведро и продолжила работу.
Ряды готовых патронов на столе росли на глазах. Десять в ряд, девять рядов уже стояли. Бригада заканчивала десятый.