После побега, она вернулась домой только спустя два года. Тогда ей было пятнадцать. Открыв, дверь отец семейства был сильно удивлён. Послушная малютка, превратилась в чёрное созвездие. Её длинные коричневые волосы, что теперь были цвета мглы, доходили до плеч. Один висок, как и затылок, был выбрит и покрыт татуировками чёрных разводов и линий, уходящих по шее под одежду. Чистых мест практически не было, всё тело покрывали чернила. На коротких волосах были заплетены небрежные дреды, среди которых виднелись украшения и железные кольца. А на шее болтался новый кристалл, что сиял зелёным цветом.
Нур любила экспериментировать с магией. В цитадели Богини Хенелис она поняла, что матерь никогда не разделяла своих детей. Она лишь указывала на тех, кто лучше подойдёт под ту или иную стратегию. Если так подумать, то кристалл земли можно было вживить любому волшебнику, что содержался при Доме земли. Выдвинув эту теорию на заседании Дома, Нур обрекла себя на гонения со стороны аристократической верхушки Дома земли. Эксперименты с магией считались кощунством и строго пресекались. Поэтому, не найдя поддержки у старших, девушка начала экспериментировать со своей силой. Проведя месяцы в медитации, она поняла, что кристалл в её руках вновь может засиять зелёным светом, только если у неё получится правильно раскрыть магический канал. Сначала магия Девы бушевала от нововведений, но потом кристалл в руках Нур действительно засиял приятным зелёным оттенком, сменяя розовые вспышки. Целитель или боевая магия? Деления не было. Она могла лечить, как делали все Девы и целительницы. Она могла и разрушать земной покров, как делал её брат.
Отец не отказался от сбежавшей дочери. Он принял её в свой дом и пристроил на кузнеце. Никто не говорил о необычных способностях, проснувшихся в Нур. Если бы кто-то узнал, что когда-то Нур принадлежала к Девам, слава Богам кристалл был вживлён в её тело и под слоем татуировок шрамы были не видны, её убили бы на месте. Её поступок считался осквернением Богов и всего сущего.
Благодаря связям главы семейства, в Доме земли верили, что младшая дочь магического кузнеца скончалась от магического недуга и не прижившегося кристалла.
— Сколько сегодня? — спросила Сцилла, смотря в уставшие глаза личного стража.
— Четверо детей и двое взрослых — мужчина и женщина.
— Маги? Или Люди?
— Среди детей есть магически одарённые. Вроде двое. — Ответил Халлон, нежно целуя принцессу в лоб. — Связаны с воздушной стихией.
— Главное, чтобы не мешались, когда я буду колдовать.
— Кстати об этом, — он нежно провёл руками по плечам девушки. — Ты не пойдёшь сегодня.
— Прекрати. — возмутилась принцесса, делая шаг назад. — Я в норме.
— Я видел, — его взгляд упал на руки волшебницы, что скрывались под перчатками. — Ты так много сил потратила за это время. Ещё и я с перебросом тогда перестарался.
— Не неси чепухи. Я в полном порядке.
— Клауд меня убьёт, если узнает, — подтвердил свои мысли Халлон, свесив голову. — Почему ты такая упрямая? Почему нельзя хоть раз побеспокоиться о собственной безопасности и благополучии?
— Потому что я целыми днями сижу во дворце и разглядываю пыльные манускрипты, попутно раздавая поручения. Дай мне хоть где-то быть полезной!
— Тебя здесь вообюще не должно быть.
— Как и тебя. Мой личный страж явно не выполняет свои обязанности, — упрекнула его Сцилла, не скрывая улыбки. — Тебе не стоит переживать за меня, Халлон. Я не маленькая принцесса, к которой тебя приставили несколько лет назад. Я смогу за тебя постоять.
— И потому я, как твой личный страж, всегда оглядываюсь по сторонам, ища тебя в пурге. Я не прощу себе того случая.
— Мне было восемнадцать. Я была необузданной девчонкой.
— Это ничего не меняет. Тогда я упустил тебя из виду, и ты чуть не погибла.
— Но не погибла же, — ответила Сцилла, вспоминая события той ночи. Тогда она впервые встретила своего Древнего.
— Ты когда-нибудь думаешь о последствиях? — он нежно обнял принцессу, поглаживая её по голове, словно ребёнка. — Если тебя не станет, что будет со мной?
— Меня в любом случае когда-нибудь не станет, — прошептала Сцилла и мужчина обнял её ещё сильнее. — Здоровяк, мне нужно дышать. Иначе я намного раньше отправлюсь в обитель Богов.
— Я просто люблю тебя, Сцилла, — признался Халлон.
Это было не первое его признание. И не первая реакция принцессы. Каждый раз после этих слов её сердце разрывалось на части. Сколько же вранья она говорила ему в этой жизни. Когда-то, когда ей было лет шестнадцать, и когда сын клана Де Сан-При только появился перед ней — она влюбилась в него по уши. Она боролась с судьбой, уговаривая отца и брата разорвать помолвку с кланом Валеас. Собиралась отказаться от титула и власти. Хотела сбежать вместе с ним. Она любила Халлона. Но она переросла эти чувства. И сейчас испытывала только вину и сожаление, ведь так и не смогла открыть парню свой секрет.