- Это Сандо? Он же наёмник…
- Я знаю, как ты к нему неравнодушна, но не надо обвинять людей из обиды, - хмыкнул Николас. Пойманная с поличным, девушка спрятала взгляд, закусив губу.
- Он скверный тип, злой и бесчувственный.
- А чего ещё ты хотела от члена вольного братства? Нежности и романтики?
- Ничего мне от него не надо, - неубедительно солгала Николь. – Да и не все же наёмники равнодушные и бесчеловечные! Ники, - ласково назвала она брата, уменьшительные формы имён с которым у них были одинаковыми, - ведь ты же не такой…
- Я? Ты здорово насмешила бы подобным предположением очень многих. – Николас посмотрел на неё. – У меня есть семья, которая была у меня ещё до того, как я отправился на Утёс богов. Поэтому я дорожу тобой, братьями, отцом. После Утёса полюбить кого-либо и что-либо крайне трудно. Я же говорил тебе, какие экзамены там приходится сдавать. – Николь нахмурила брови. Она помнила рассказы об этих кровавых экзаменах. Чтобы закалить наёмников, чтобы проверить, что они готовы будут на всё и выполнят любое задание, их заставляли убивать. Не соперников, не бандитов, не злодеев. Детей, животных или женщин. Те, кто не мог выполнить приказа, выгонялись, лишаясь возможности познать тайны вольного братства, научиться одной из самых сокрушающих боевых техник. Сандо был наёмником, значит, он смог и убил слабого и беззащитного. Николь не хотела бы знать, кого именно и каким образом, как никогда не спрашивала и Николаса, как сдал в своё время этот экзамен он.
- У Сандо… нет семьи? Ты знаешь что-нибудь о нём?
- Николь, в братстве прошлое оставляют в прошлом. Никто не лезет никому в душу и не ведёт бесед по вечерам о своей жизни. Там никто и никогда ни чем не делится с другими. И, мой тебе совет, брось приставать к этому парню.
- Он меня бесит.
- Объяснение десятилетней девочки. Когда ты повзрослеешь? Мне для этого нужно оставить тебя предоставленной самой себе? Предоставить тебе полную самостоятельность? – Девушка вцепилась в торс брата, испугано приподнявшись и воззрившись в его лицо.
- Нет, пожалуйста, не уезжай никуда надолго! Не бросай меня! Или я поеду с тобой.
- Ты знаешь, что не везде ты со мной можешь быть. Возможно, недельку тебе придётся побыть тут одной. – Тревога на лице Николь усиливалась. – Что? Ты большая девочка, и если не будешь напрашиваться на неприятности, то они с тобой не случатся. Или ты хотела задирать Сандо под моим прикрытием? Нет, Ники, тебе придётся либо прекратить это, либо нести ответственность за свои выходки.
- Николас…
- Ты меня слышала? Либо хорошо себя ведёшь, либо Сандо отлупит тебя по заднице, а я приеду, и пожму ему руку.
- А если мы с ним переспим? – сделала Николь ставку на то, что честь сестры не оставит мужчину равнодушным.
- Тогда я пожму руку тебе. Во-первых, потому что, наконец-то, ты продемонстрируешь храбрость и решительность, и зрелость. А во-вторых, я слышал, потому что Сандо очень, очень трудно к этому склонить. И если моя младшая сестрёнка окажется способна подобраться к… если не сердцу, то хотя бы телу этого выдающегося воина, я буду ей гордиться. Ты же способна заводить полезную дружбу, а не только наживать врагов?
В дверь постучали, и брат с сестрой посмотрели в сторону звука.
- Кто там? Войдите, - разрешил Николас. Николь не шевельнулась, продолжая лежать с ним в обнимку. В спальне появилась Джессика, взглянувшая на пару без каких-либо особенных эмоций.
- Доброе утро, - улыбнулась она, поймав взор мужчины и постаравшись затянуть его в свой. – Я хотела поговорить с тобой. – Джессика посмотрела на Николь. – Наедине.
- У нас нет секретов друг от друга, - сказала не совсем истину девушка.
- Пожалуй, я тебя послушаю, - улыбнулся губами Николас, оставив свои глаза холодными. Он отпустил сестру, показывая, что она может идти. – Ступай. – Николь злобно сжалась, негодуя от такого пренебрежения, но волевое выражение лица брата ясно говорило, что спора не будет. Вздохнув, она поцеловала его в щёку и вышла. Третий сын Дзи-си подождал, когда дверь закроется и вернул внимание к Джессике. – Итак?
- Я подумала, что мы с тобой, двое невинных и оклеветанных напрасно, должны попытаться внести ясность в произошедшее с Хангёном.
- Мне лестно, что ты веришь в мою невиновность, но с чего ты взяла, что я поверю в твою? Или ты пришла меня убедить в этом? – Прямым и непоколебимым взором уставился на Джессику Николас.
- Если это потребуется… Но, я посчитала, что ты достаточно мудрый и проницательный для того, чтобы понять, что это была не я. Согласись, даже для легкомысленной и пустоголовой девушки очень глупо пытаться убить человека, который оскорбил её за день до этого?
- Я не соглашаюсь со всем подряд. Где доводы, весомые аргументы? – Николас нагло ухмыльнулся. Джессика кокетливо тронула прядку волос возле шеи, и проследила за глазами мужчины, махнувшими по её груди. – Не ходи вокруг да около, Джес, ты ищешь защитника или союзника? Чего тебе от меня нужно?
- Ты видишь во всех только корысть, Николас, как так можно? Я пришла из дружеских побуждений. Хоть и не близко, но мы давно знакомы. Меня не все здесь слушают и слышат, и я решила, что если поговорить с глазу на глаз, то добьюсь большего, понимания, доверия…
- И со многими ты уже поговорила с глазу на глаз? – повёл лихой бровью Николас.
- Ты был в моём списке первым… - очаровательно улыбнулась девушка.
- Список длинный? – Их взгляды, опытные и оценившие обстановку верно, стали договариваться параллельно словам. Половина из последних уже становилась не нужна.
- Я могу его значительно сократить… - Джессика подошла к кровати, на которой Николас перевалился на бок, чтобы следить за её приближением. – Тебя позволено обнимать только сестре? – Бывший наёмник хищно расплылся. Он знал, что к этому всё идёт, это было очевидно с первого шага Джессики в его спальню. Он указал пальцем на ключ в замочной скважине.
- Если ты его повернёшь, то я позволю тебе значительно больше.
Выбравшись из-под покрывала, Николас взял бутылку с родниковой водой и сделал несколько глотков, не оборачиваясь к запыхавшейся девушке, подтянувшей ткань на грудь. Взмыленная и уставшая, она, тем не менее, уже снова включила мыслительный процесс и о чем-то рассуждала. Николас подобрал свои боксеры и натянул их, собираясь отправиться в душ.
- Так, ты скажешь Хангёну, что я непричастна к покушению? – поспешила спросить Джессика, пока мужчина не ушёл. Тот развернулся, проведя ладонью по вспотевшей груди.
- На твою удачу, я и без тебя знаю, что ты в этом не замешана, могла бы не приносить таких жертв. – Девушка напряглась, недовольная замечанием Николаса. Да, с её стороны постель была способом ведения переговоров, но сказать, что она переступила через себя и не получила удовольствие – покривить душой. Переспав с Николасом Тсе, многие женщины некоторое время чувствовали себя царицами. Такая у него была аура, такая у него была репутация, что отбрасывала на его любовниц часть его геройства.
- Какие жертвы, Николас, ты мне очень нравишься…
- В таком случае, - поднял он и майку, решив захватить с собой и кинуть в стирку. – Если захочется ещё попрыгать на этой койке, заглядывай. – Отступив к выходу, он задержался. – Но никогда не пытайся организовывать со мной союзы, или запудривать мне мозги, или через меня влиять на братьев. Не стоит, Джес. Раздвигающихся ног намного больше на этом свете, чем братьев. Они мне дороже. Если после смерти Лау-младшего ты потеряла почву под ногами и нуждаешься в покровителе, я могу им быть за вот такие утехи. Но союзником – нет. Я не поддерживаю ничьи планы. У меня достаточно своих. – Николас вышел, прикрыв за собой. Джессика стукнула кулаком по простыне. Не стоило связываться с третьим сыном! Он слишком умён, он намного старше неё, ему уже тридцать четыре, и проницательности его хватит на десятерых. Да, ей нужно было закрепиться здесь. Потеряв жениха, будущего властелина Цинхая, она потеряла богатство, статус, роскошную жизнь, обеспеченное будущее, в любой момент могла вылететь из дворца, а вне его у неё не было ничего, ни слуг, ни машины, ни денег. Она обычная девочка из глубинки. И если Кристал вдруг расстанется с Генри, то они вновь станут никем. А тут ещё эта свадьба Энди и возможность нового наследника… Если Дами родит его, то и Генри отойдёт в сторону, и тогда уже точно она, Джессика, будет непонятно что делающей здесь приживалой. Нет, так никуда не годится. Ей нужен кто-то из братьев. Хангён был наиболее достижим до недавнего времени, падкий на секс и женщин, увлекающийся, он мог бы стать добычей, но всё пошло совсем не так… До двоих старших не дотянуться, да и, Ву Чун, первый сын, женат и сам уже отец. Самым лакомым куском остаётся Николас. Что ж, проигранная битва ещё не проигранная война.