— Довольны? — прокричал он, когда Чарли и Прю набрали полные руки папок.
Они подтащили свою ношу к длинному столу и, сгрузив на него, торопливо принялись раскладывать папки в некое подобие системы, чтобы начать поиск. Большие папки — скоросшиватели — были набиты тоненькими, песочного цвета папками с тремя дырками в корешке. В правом верхнем углу аккуратным почерком были выведены имена осужденных.
Печальное это было занятие — рассматривать дела южнолесцев, давным-давно обреченных на изгнание. Чарли, который, можно сказать, никогда не выбирался дальше гаража, где занимался подержанными автомобильными запчастями и старыми кассетниками, с энтузиазмом взялся за роль исследователя. Они с Нилом на огромной скорости разбирали папки и переводили написанное для Прю — ей все это казалось просто загадочными письменами.
— «ДЛ»: догадываюсь, это значит «Дикий лес», — предположила она, перелистывая страницы.
— Должно быть, — ответил Чарли, внимательно изучая свою стопку бумаг. — У меня оно тоже часто встречается. Похоже, это обычное дело. Как думаете, Кароля сослали в Дикий лес?
— Он Внешний, как и я, — сказала Прю. — Не знаю, может, для тех, кто Снаружи, у них есть отдельное наказание.
— Не уверен, что в лесу часто бывают Внешние. Вы — первая на моей памяти, — признался Чарли.
— А тут что? — спросила девочка, возвращаясь к своим папкам. — Вроде бы скала… тут написано «заключение на Скале». Какой-то бедняга по имени Везунчик. Кажется, не особенно ему повезло.
Нил кивнул:
— Вы никогда про нее не слышали? Хотя, конечно, откуда…
— А что это такое?
— Моя матушка, — встрял Чарли, — когда я был мальцом, ею меня пугала. Думаю, многие южнолесцы тоже такое слышали. «Если не будешь вести себя хорошо, отправлю тебя на Скалу». От такого мигом перестаешь баловаться. Это где-то далеко, посреди океана. Из океана торчит камень, и на нем построили тюрьму. Если попадешь на Скалу — все, конец.
— Допустим, Кароль оказался там? — предположила Прю.
— Может быть, — сказал Чарли, облизывая палец и пролистывая несколько страниц. — Но это будет заключение, а не изгнание, — он на мгновение перестал искать и проводил взглядом черепаху, которая, что-то бормоча, вернулась к своему столу. — Вы говорите, этот Кароль был Снаружи?
— Да, — кивнула Прю.
— Когда я был мальцом, ходили такие разговоры… я, помню, спрашивал, что там, Снаружи, за границами. Слухи расползались про тот мир и про все, что там творилось. Из того, что я слыхал, не хотелось мне туда совершенно, и мы все боялись, как бы какой Внешний не явился и, ну, знаете, не начал какие-нибудь ужасы творить в лесу. Но я помню, что родители мне говорили: «Да ну, не боись. Внешний пояс его всяко остановит». И еще говорили, мол, если поймают Внешнего, скажем, если б ему удалось пробраться сюда — ну, местный привел, например, — то его оставят во внешнем поясе, и он будет доживать свои дни в западне, застрявший в этаком несуществующем месте. Так что, может, с вашим Каролем Гродом так и сделали.
Прю была поражена:
— Как же мы его тогда найдем?
— Тогда, пожалуй, и не найдем, — сказал Чарли. — Лучше нам надеяться, что его не туда сослали.
— Так себе стратегия, — вздохнула Прю и вновь принялась шуршать бумагами. Вскоре она наткнулась на папку, на которой все теми же черными буквами было написано «Эсбен Клампетт». Открыв ее, она в изумлении обнаружила, что внутри пусто.
— Кто-то забрал записи об Эсбене, — сказала она, показывая папку Чарли и Нилу. — Еще хуже.
— Вы думаете, эта информация нужна была кому-то другому? — спросил барсук.
— Да. Либо так, либо они не хотели, чтобы она оказалась у меня.
Чарли продолжал поиски и всего через несколько мгновений испустил тихий вопль ликования.
— Вот он, ваш Кароль Грод! — он поднял папку; в верхнем углу стояло имя Кароля.
Архивариус за столом, должно быть, услышал это восклицание.
— В ней пусто, — сказал он. — Вот увидите.
Чарли ухмыльнулся ворчливой черепахе, а затем, словно чтобы успокоить собственное любопытство, открыл папку и заглянул внутрь.
— Ага, — подтвердил он. — Пусто, — потом выгнул бровь, помолчал и добавил: — Хотя не совсем.
— Что там? — спросила Прю.
Бородач достал из папки небольшой сложенный листок бумаги и поднял его двумя пальцами. На внешней стороне было написано «ПРЮ». Он положил листок на стол.
Развернув его, Прю прочитала следующее написанное изящным почерком сообщение: