Оз снова вызвался на разведку. Ребята условились так: сигналом, что все чисто, будет цокающий звук, похожий на треск нагревателя, который мальчик умел издавать. Ребята завернули за угол и дошли до второго вентиляционного люка — тот, как и было нарисовано на схеме, находился на первом этаже прямо за развилкой. Рути, которой было поручено открывать люки снаружи, вытащила отвертку и принялась откручивать шурупы, державшие решетку. Оз и Элси встали по бокам от нее, внимательно вглядываясь в пустоту коридора.
Решетка с грохотом упала, и все четверо детей во главе с Элси один за другим залезли в шахту. Девочка на секунду остановилась, собираясь с мыслями.
— Прямо, — сказала она. — Немножко пройти, а потом коридор разветвится.
Они поспешили по узкому коридору, прислушиваясь к вибрирующим отголоскам взрывов, доносящихся откуда-то снизу. Элси казалось, что они стали слышны четче. Она все еще была обеспокоена разговором, который произошел между Нико и Жаком перед тем, как они отправились на задание. Неожиданно Жак, уверовав в успех операции, твердо решил, что обязательно нужно завершить то, к чему они так долго стремились — полностью разрушить башню Титана. Он сказал, что им вряд ли когда-нибудь удастся снова подойти так близко к этой цели. И сейчас самое время нанести последний сокрушительный удар. Нико не согласился, считая такой ход слишком поспешным. Их задачей было, как они и обещали Неусыновляемым, исключительно освобождение пленников главы титанов и больше ничего. На том они и разошлись, но после начала череды взрывов — которые раздавались громче и ближе, чем ожидала Элси — она уже никак не могла избавиться от мысли, что Жак все же настоял на своем.
Однако на размышления не оставалось времени. Ребята добрались до перекрестка, повернули налево и вскоре увидели вертикальную трубу. Один за другим они полезли наверх, распластавшись по стенам шахты и потихоньку продвигаясь в сторону света, мерцающего пятью этажами выше.
Лифт поднимался. Антэнк наблюдал за тем, как меняются цифры на табло. Беспорядочные звуки с первого этажа — звон бьющегося стекла, громогласные вопли, отчаянный топот в сторону места взрыва — все исчезло, оставив его в тишине кабины наедине со своими мыслями.
«Тра-ла, тра-ли», — спел он себе под нос и провел рукой по левому карману пальто, в котором скрывался маленький черный сверток. Тот все еще был на месте. Антэнк вновь пропел: «Тра-лу, тра-ли». Послышался сигнал открытия дверей: лифт приехал на двадцать второй этаж. Джоффри с опаской проследил, как двери разъезжаются, приоткрывая пустой коридор.
Он осторожно вышел из кабины. Тишина пугала. Посмотрев на часы, Антэнк убедился, что, несмотря на непредвиденные изменения в плане, он еще не отстал от графика. Вдалеке что-то робко пищало, и он пошел на звук, продолжая тихонько напевать.
«Стеногрызы» уже доползли до следующей решетки: через нее пробивался пыльный свет, отбрасывая на потолок вентиляционной трубы клетчатую тень. Они дождались нового взрыва, и Гарри выбил решетку. На пол посыпались куски извести. Проход был открыт; все четверо выбрались из узкой шахты и с удовольствием потянулись в просторном коридоре. Несмотря на небольшие размеры, каждый из них собственной спиной чувствовал, как долго они ползли. Кроме того, карабканье на пятый этаж по вертикальной трубе отняло все силы. Дети с трудом переводили дыхание, жадно глотая воздух.
— В туалет, — скомандовала Элси, и ребята заторопились к двери, которая, как помнила девочка, располагалась в нескольких футах справа от них.
Комната просто-напросто слепила: истинное свидетельство труда организации, которая гордилась безупречной и безукоризненной чистотой своей работы. Белизна этой комнаты буквально довела их до слез — ведь последние несколько лет дети жили либо в переполненном приюте, либо в деревянной хижине без водопровода, либо вообще на покинутом складе почти без всяких удобств. Сильнее всех впечатлился Гарри.
— Никогда не видел ничего прекраснее, — завороженно произнес он.
— Пошли, — прошипела Элси, которая из всех них обладала самыми свежими представлениями о чистоте в двадцать первом веке. Он была очень собрана, ведь ее задачей было помнить расположение всех вентиляционных шахт здания, уходивших на сотни ярдов вширь и ввысь. А даже одно пустячное промедление могло все это разрушить. — Проход в потолке. Вон там.
— Ну можно мне сходить в туалет? — умолял Гарри, по-прежнему завороженный белоснежным фаянсом, расставленным по всему помещению.