Ей пришлось ещё пару раз сказать обеспокоенному к Лио, что у неё и правда всё хорошо, но потом он сказал, что его куда-то позвали, и они попрощались. Перестав слышать его голос, Каролина почувствовала себя одиноко. Лина зашла в спальню и рухнула на кровать. Она не сразу, поняла, что за звуки её окружали. Девушка села на кровати и прислушалась. Кто-то невнятно разговаривал и смеялся, проезжали машины, шелестели ветки деревьев. Этот шум смешался в единое целое и усилился, оглушая Каролину. Она зажала уши руками и съежилась поморщившись. Непонятные звуки притихли, но не исчезли.
В голову сразу пришли слова Нортона, сказанные в их последнюю встречу: "Из-за того, что твой дракон не чувствует над собой власти, он стремится сам её захватить. Однако он также стремится помочь тебе. Например, если тебе холодно, он будет согревать тебя, но из-за отсутствия чувства меры может поджечь что-либо вокруг или сжечь тебя изнутри. Когда ты сильно захочешь что-то увидеть, но не можешь, он даст тебе драконье зрение. Правда, ты не сразу сможешь остановить это. Для того, чтобы вернуть себе саму себя, просто сосредоточься на своей половине человека. Забудь о том, что ты дракон. Хоть это и непросто".
Забыть о том, что ты слышишь каждую секунду миллионы звуков со всех сторон, было трудно. Казалось, что уши сейчас взорвутся. И число звуков словно увеличивалось. Лина не могла перестать повторять про себя: "Хватит, хватит, хватит". По щекам текли слёзы, открыть глаза просто не получалось, она не убирала рук от ушей, в них начинало звенеть. Пытаясь хоть как-то это остановить, Каролина начала повторять про себя всего одну фразу: "Я – человек". Девушка даже потеряла счёт того, сколько раз она это сказала.
Когда звук наконец-то прекратился, девушка обессиленно упала на постель и тихо похныкивала. Она испугалась саму себя. Каролина действительно боялась своей внутренней сущности. Дракон внутри неё, то, что она не могла контролировать, пугало её. Она боялась за себя и за своих друзей. Лина взглянула на свои покрасневшие ладошки и разрыдалась ещё больше.
Из-за того, что она долго плакала, лицо Каролины покраснело. Открыв холодную воду, девушка умылась. Она скинула с себя одежду и прошла в душ, стараясь расслабиться и окончательно успокоиться. После ванны она тут же уснула и проспала до самого ужина.
Этим поздним вечером в 13-ом номере-люкс отеля «***» собрались шестеро человек. Четыре мужчины и две женщины. Они сидели за столом в центре комнаты и играли в карты, двое мужчин курили. Сигаретный дым потихоньку уползал в открытое окно, за которым простирался ночной город. – А мальчишка с характером. Не вызывет ли это проблем? – одна из женщин, одетая в строгий серый пиджак и брюки, отпила вино из своего бокала. Её звали Виоллетой Стоун. – Нет, конечно, – смех Клауса, успевшего переодеться в дорогой костюм, был неприятен всем присутствующим, но никто из них не произнёс ни слова. – Уже завтра этот парнишка будет умолять меня спасти их! Такая уверенность Клауса несколько успокоила подозрения Виоллеты и остальных. Но вторая женщина раздражительно откинулась на спинку стула, проиграв. Мадам Элен, француженка, разбогатевшая вступив в "Империю". Она была единственным человеком в этой комнате. – Но что там с Джокерами? – Элен больше других была заинтересована в Андреасе. – Андреас ищет Чёрного. – И как-то подозрительно долго. Последняя фраза принадлежала мужчине, который выиграл эту партию в карты. Уайлен Кленд, родившийся в Англии, самый близкий из всех присутвующих к императору. – Вы же знаете, сколько от этой девочки проблем было! – Виоллета фыркнула. – Но надеюсь, эта проблема решится также быстро, как и дело с Нортоном. Свою злорадную улыбку женщина скрыла тонким веером, который вытащила, чтобы защититься от ползущего в её сторону дыма. Какое-то время компания обсуждала свои планы, касающиеся Нортона. Потом они закончили последнюю игру, в которой снова победил Уайлен и забрал свой выигрыш, и начали расходиться. Последними в номере остался Клаус и Виоллета. Женщина поглядывала в окно, у которого стоял хозяин отеля и курил. – Клаус. Ты уверен, что тебе нужен этот мальчишка? Злая и одновременно жадная ухмылка исказила лицо мужчины. – Ты же знаешь, как его зовут. Если он будет работать только на меня, сам император начнет со мной считаться. – А сейчас он этого не делает? Он фыркнул. Язвительный тон его компаньонши задел и так кровоточащую рану на его самолюбии. – Ты знаешь этого ублюдка. Единственный, кого он слушает, это он сам! Считает себя самым важным! – А Джокеры? Как хочешь заполучить? – зная, что ругаться на "этого ублюдка" Клаус может долго, Виоллета поспешила сменить тему. – На это не уйдет много времени. Андреас будет рад избавиться от назойливой сталкерши. – Элен? Кивнув, Гейн сел на стул, туша сигарету о стеклянную пепельницу. Виоллета всё ещё обмахивалась веером. Все знали, насколько настойчива была Элен в своей любви к Красному Джокеру. – А Чёрный? Она не из послушных. Хохотнув, он налил себе вина. – Девчонка будет делать всё, что ей скажет император! Пожав плечами, женщина поднялась со своего места, подошла к выходу и, держа руку на двери, чуть повернула голову в бок. – В любом случае. Я тебе больше не помощник. – А? Ты не хочешь иметь такую власть? – Я не хочу обжечься. Его гнев безжалостен. Хлопок двери оставил Клауса одного. Гейн чертыхнулся. Только что он лишился сильного союзника. Всё же стоило держать Виоллету в ежовых рукавицах!