Этой же ночью в городе случился страшный пожар, не оставивший после себя ни одного целого дома. Жителей столицы больше никто никогда не видел. Но по слухам, в горах с того дня каждую ночь раздавались мучительные вопли непонятных существ. Кто-то рассказывал об огромных монстрах, изрыгавших пламя, но никто не верил в подобную чушь».– Ого, я как-то в детстве читал эту историю, – произнёс Лио, когда девушка закончила читать.– Я немного запуталась. Она была ведьмой или нет?Улыбнувшись, Лио объяснил:– Она была простым человеком, но её последнее желание, усиленное теми чувствами, что она испытывала в это момент, в частности злоба, ненависть, печаль, вызвали проклятье.Лина задумалась, переворачивая страницу.
«Драконы были рождены проклятием, и их цвет отражал душу человека, внутреннюю суть. Красный цвет обличал жестоких убийц. Зелёный цвет отражал завистливых людей. Серый цвет достался безразличным к миру и собственной судьбе людям. Синими драконами стали люди, часто страдающие. Жёлтыми – добрые и сильные. Белый цвет – безгрешные. Серебристый цвет достался людям, способным на бескорыстную помощь. Те, чьи помысли были пропитаны грязью, унаследовали чёрный цвет...»– Да ладно! Я не читал о таком! – Лио смотрел в книгу, внимательно глядя на строчку с чёрным цветом. Затем, видя ошарашенность Каролины, забрал книгу и продолжил читать дальше.
«И наконец золотой цвет отражал души по-настоящему счастливых людей. В течение нескольких столетий цвет драконов перестал отражать что-то особенное, он просто обозначал принадлежность к виду».– Видишь? – обратившись к ней, он легонько толкнул её плечом.– Это значит, что у моих предков была грязная душа?Пожав плечами, Лио снова взялся читать.
«У них появились разные способности, что-то развивалось лучше, что-то – нет. Появлялись новые и новые виды, например, грозовые, огнедышащие, пустынные, снежные, водные, горные, пещерные, пятнистые... »– Драконов так много...– Разве не круто быть такой редкой? – на ушко прошептал ей Лио. Она даже вздрогнула от этого сладкого шёпота.– Н-не знаю.Сладкий поцелуй Лио длился долго, но не настолько, как хотелось бы Лине.
Всех, кто участвовал в заговоре против императора заключили под стражу, казнят завтра утром. Господин сидел поздно вечером в своём кабинете, отдыхая. Его пиджак висел на соседнем стуле, а сам он был в серой рубашке. На столе лежала кипа бумаг, уже заполненная и готовая к отправке. Квин зашла в кабинет с чашкой расслабляющего чая.– Господин, я только что получила сообщение от Красного Джокера. Он следит за Керпланом. Тот остановился в отеле «Вильямс».– Так он ещё не в Фолсе... А Кай что?– Он не отчитывался.Задержав взгляд на окне, господин взял в руку чашку и отпил.– Задержанные?– Кроме Одри и Кленда, все ведут себя относительно приемлемо. Одри рыдает и приказывает привести к ней Вас и Красного Джокера. Кленд стал похож на сумасшедшего – то что-то бормочет, то смеётся, то плачет. Стоун отказалась от еды. Гейн пытался подкупить охрану.– Ха-ха, – смех, прозвучавший сейчас, звучал фальшиво и наигранно. Допив напиток, мужчина поднялся из-за стола и направился к выходу. – Давай-ка их навестим.
Камеры не были ни большими и ни маленькими, но привыкшему к роскоши Клаусу они казались крохотными. Ему дали кйами, но небольшую дозу, так как он чувствовал себя нормально. И мужчина был очень удивлен, когда перед ним предстал красноглазый человек. Он присел на стул, который принёс высокий охранник в чёрном костюме. Рядом с ним стояла молодая женщина с тёмными волосами. Клаус как-то встречал её. Кажется, она была секретарём господина. Значит, это был он?
– Мне доложили, что ты пытался подкупить охрану? Это довольно забавно, так как денег у тебя более нет. Или ты забыл приговор от шока?Едва не задохнувшись от возмущения, Клаус выдохнул. У него будет только один шанс. И он сейчас перед ним.– Господин! Я ничего не сделал! Меня подставили! Прошу Вас, поверьте мне!Его лицо озарила едва заметная улыбка.– Вот как? Я только что был в камере Виоллеты Стоун. Знаешь её? Так вот, она утверждает, что ты же всё и затеял.Виолетта!! Подумать только, эта стерва уже всё выложила!"Но если обо всём узнают, я позабочусь о том, чтобы ты пошёл на дно, вместе со всеми", – всплыло воспоминание в голове у Гейна. Выругавшись про себя, Клаус постарался придать себе выражение крайнего удивления.– Это ложь! Она просто пытается очистить себя!– Но она признала, что участвовала в этом. И рассказала обо всех и обо всём.Прочитать, правду ли говорил господин или лгал, Клаус не смог. Его лицо вообще ничего не говорило. Просто лицо. Идеальная маска безразличия.– Если признаешься, я прощу тебя, – внезапно сказал мужчина. И Клаус заглотил наживку.– Да, конечно! Я всё скажу!"Глупец", – Квин умело скрыла внутреннее разочарование и смех. Господин просто развлекался, давая каждому из этих преступников каплю надежды. Но он не промышлял таким часто. Только, когда не мог долгое время успокоить голову. Что же так разозлило её хозяина?– Я хотел избавить "Империю" от Грида! Я всех собрал, я...Не выдержав, господин прыснул."Смеётся? – удивилась Квин. – Даже жаль этого парня. "Квин вообще-то не волновала судьба этого предателя, но удержаться от капли сочувствия она не смогла.–Ты правда поверил? – переставая смеяться, сказал господин, но в его речи ещё проскальзывали отдельные смешки. – Я же пошутил. Ха-ха. Так легко... ха... А ведь действительно, загнанный в угол зверь, а не здравомыслящий человек.Гейн не мог вымолвить ни слова. Неужели это конец? Он будет казнён? Он? Невозможно! Он найдёт способ выбраться! Обязательно!– Такой мусор, как ты, просто не имеет права существовать в этом мире!Леденящий душу взгляд мужчины заставил Клауса перестать так думать. Этот взгляд был взглядом истинного чудовища, спущенного с цепи.– Квин.Поднявшись со стула, господин вышел, а его помощница кивнула на Клауса трём крупным парням, заслонившим спинами хозяина. Они скрутили дракона и что-то ввели ему в шею.