Пролог
Я свернулась на диване с чашкой какао и книгой. Толстой, как средневековая хроника. На обложке алыми буквами сверкало название:
«Империя Греха».
Слишком драматично. Слишком пафосно. Именно то, что надо после рабочего дня и разбитого каблука.
На первых страницах всё шло по накатанной: проклятая империя, бессмертная императрица, охотники с трагическим прошлым и предсказанная смерть. Я хмыкнула ‒ ну конечно. Классика.
Но чем дальше я читала, тем сильнее сжималось сердце. Потому что героиня... она вовсе не злодейка. Просто сильная женщина, которую все хотят уничтожить, потому что боятся.
И финальные строки:
«И когда третий клинок вонзился в её сердце, тьма рассеялась. Проклятие пало. Империя была свободна. А Вальдана Бессмертная ‒ мертва навсегда.»
Я захлопнула книгу.
‒ Что за чушь... ‒ прошептала я. ‒ Так не должно было закончиться.
Тишина в комнате вдруг сгустилась. Воздух задрожал. Чашка выпала из рук, не долетев до пола. Всё исчезло ‒ свет, звук, даже мысли.
И где-то в этом безвременье я услышала голос. Низкий, властный, как эхо от мраморных стен:
«Тогда измени конец.»
...Я открыла глаза.
Мраморные колонны. Бархатная тьма. На мне ‒ чёрное платье, обтягивающее фигуру, расшитое кроваво-красными рубинами. В зеркале ‒ чужое, безупречное лицо. Бледная кожа. Глаза, как ночное небо. Клыки.
И на пороге ‒ трое. Охотники.
Началась моя история.
Глава 1. Кожа из мрамора, душа из тьмы
Сознание вернулось резким вдохом, ‒ будто после долгого погружения в воду. Я села резко, сжимая в пальцах простыню. Словно последнюю нить, связывающую с реальностью.
Только это была не моя кровать.
И это не моё тело.
Воздух здесь был густой и терпкий ‒ пропитанный ладанником, потусторонним ладаном и... кровью. Приторной, сладкой, почти медовой. Словно ею умывались стены.
Я огляделась. Высокий сводчатый потолок. Тяжёлые шторы, скрывающие ночь за окнами. Чернёное дерево, бархат, золото. Каждая деталь кричала: власть, древность, декаданс.
И всё же... самое пугающее было внутри.
Я бросилась к высокому зеркалу в резной раме. Отражение ударило в грудь.
‒ Чёрт... ‒ выдохнула я, но голос был другим. Глубже. Бархатнее. Опаснее.
Это лицо я видела сотни раз. В книге. На иллюстрациях. Но теперь оно дышало.
Императрица Вальдана Бессмертная.
Кожа ‒ бледная, с холодным мраморным свечением. Глаза ‒ цвета красного вина, с вертикальным зрачком. Волосы ‒ как чернила, обрамляющие острые скулы. Ни одной несовершенной черты. И всё это ‒ моё.
Я провела рукой по ключицам. Кожа ‒ гладкая, как стекло. Но под ней... сила. Что-то древнее, спящее, как вулкан под снегом.
Что-то щёлкнуло внутри.
Ты ‒ это она.
Память? Нет. Ощущение. Будто душу прогнали сквозь огонь и заново отковали.
Я знала, как держать кубок так, чтобы у подданных дрожали колени. Знала, как одним взглядом заставить советника умолкнуть. Знала имена любовников ‒ казнённых и вновь позванных в постель.
Но я также помнила, как сидела на диване, укутавшись пледом, со своей книгой. Помнила вкус какао и расстройство от финала.
Теперь эти две женщины слились. И ни одна из них уже не могла быть прежней.
Тонкая улыбка тронула губы.
‒ Я всё ещё здесь, ‒ сказала я.
И шёпот внутри:
Нет. Ты больше, чем была.
Двери отворились без стука. На пороге стояла женщина ‒ высокая, в чёрном, с глазами цвета молока. Горничная. Или страж. Или что-то между. Она склонилась в безмолвном поклоне.
‒ Ваше Величество... Охотники прибыли. Все трое.
Мир качнулся.
История начиналась.
Только теперь ‒ по моим правилам.
Глава 2. Знакомство и атака
Я вышла из комнаты, чувствуя, как пол дрожит от моих шагов. Ночь за окнами словно замерла, ‒ ждала, какой первый ход сделаю я.
И я знала, какой.
Дворец молчал. Ни шагов, ни голосов. Только отдалённое потрескивание факелов вдоль коридора ‒ звук живого огня, запертого в камне. Я шла босиком, чувствуя прохладу мрамора под ногами. И с каждым шагом ощущение собственной силы росло, как прилив.
На мне было вечернее платье ‒ струящееся, словно вылитое из ночи. Оно не скрывало, а подчёркивало: тонкую талию, линию ключиц, бёдра. Открытая спина. Глубокий вырез. Я не собиралась прятаться. Пусть смотрят. Пусть думают, что я ‒ лёгкая добыча. Пусть заблуждаются.