К концу 1920 г. Ромм и Бобров организовали 14 резидентур - четыре в Данциге, по две - в Варшаве, Вильно и Мемеле, по одной - в Познани, Гродно, Белостоке и Кибартах. Они осуществляли сбор информации по северо-восточной части Польши, Восточной Пруссии и Литве, охватывали агентурным наблюдением важнейшие железнодорожные узлы линии Варшава - Вильно, а также крупнейшие морские порты Балтийского моря.
Помимо резидентур действовали и отдельные агенты. Так, на личной связи с Роммом находились два ценных источника информации: Клоц в Берлине и агент В (сотрудник литовской военной контрразведки в Ковно). Бобров сумел восстановить связь с агентом старой русской армии Щукиным, поддерживающим контакты с французской контрразведкой в Вильно. Бобров также завербовал агента во французской дипломатической миссии в Литве. На связи у Боброва находились агент Сергеенко в Ковно и агент-ходок Шмидт в Восточной Пруссии.
Кроме информации агентура добывала образцы иностранных документов, с которых в Региструпре изготовляли копии для использования при переброске агентов. Ромм несколько раз пересылал в Регистрационное управление образцы паспортных бланков и печатей, а также образцы бумаги для паспортов [99] .
Если до установления дипломатических, экономических, культурных и иных связей со странами Прибалтики агентурная разведка Красной Армии в основном была нелегальной, то с налаживанием этих связей советская военная разведка стала широко использовать их в качестве прикрытия для своей миссии. В комиссиях и делегациях, направляемых за границу, обеспечивалось широкое представительство Регистрационному управлению.
Здесь необходимо отметить, что на руководящую разведывательную работу за рубежом привлекались, как правило, только члены РКП(б), нередко имевшие опыт подпольной работы. В качестве рядовых разведчиков использовались молодые люди в возрасте от 20 до 30 лет, преимущественно из рядов Красной Армии, в большинстве случаев неженатые. Беспартийный мог попасть на работу в военную разведку только в том случае, если за него поручатся как минимум двое ответственных партийных работников. Большинство будущих разведчиков до революции проживали в Прибалтике, Бессарабии или Польше, и, следовательно, хорошо знали язык и обычаи той страны, где им предстояло вести разведку. Широко известны имена целой плеяды советских разведчиков-латышей, таких как Оскар Стигга, Август Песс, Рудольф Кирхенштейн, Ян Биркенфельд, супруги Тылтынь. Из эстонцев - Гаральд Туммельтау, Карл Римм, Рихард Венникас, Иоганнес Кясперт, Карл Тракман, Вольдемар Пусс. Из Бессарабии вышли такие «звезды» советской разведки, как создатель «Красной капеллы» Леонид Анулов, Федор Карин и Федор Гайдаров. Выходцами из Польши были Феликс Гурский, Бронислав Бортновский, Станислав Будкевич, Роман Лонгва, Стефан Жбиковский, Лев Борович, Макс Максимов, братья Эренлиб (Яновские), Стефан Узданский и многие другие. Достаточно сказать, что только из одного маленького пограничного галицийского городка Подволочиска вышло шестеро, как сейчас принято говорить, «мэтров советского шпионажа» - Альфред Глезнер, Бертольд Ильк, Михаил Уманский, Вильгельм Шталь, Вальтер Кривицкий и Игнатий Рейсс-Порецкий.
Молодежь, пришедшую в разведку, как правило, вначале обучали на Курсах. Каждый, окончивший их, направлялся в разведывательный орган с соответствующей характеристикой, которая давала возможность его использовать в соответствии с выявленными способностями и возможностями.
Кроме того, неисчерпаемым резервом для подбора разведывательных кадров являлись осевшие в России бывшие военнопленные, в основном из австро-венгерской армии, принявшие участие в гражданской войне на стороне большевиков. Из их среды вышли Манфред Стерн (известен как Штерн), Ганс Димма, Виктор Кидайш, Адольф Шипек, Василь Дидушек, Дезидер Фрид, Дюла Капитань, Бэла Кассони и многие другие.
К концу 1920 г. руководство Региструпра поставило задачу включать в зарубежную агентурную сеть специально выделенных партийными организациями этих стран коммунистов. Так, ставший к тому времени начальником Региструпра Ян Давыдович Ленцман указывал, что «сейчас, когда весь мир находится в состоянии активной гражданской войны, во всех буржуазных государствах коммунистические партии являются не только нашими друзьями, но и активными борцами в нашем лагере. Поэтому они принимают и должны принимать активное участие во всех видах борьбы и разной работы… В силу этого они должны выделить из своей среды работников, задачей которых является выяснение сил противника - буржуазии. Конкретно; сеть агентов Региструпра во всех странах должна состоять из людей, выделенных коммунистическими организациями этих стран. Единственно при такой постановке вопроса ведение агентурной работы может быть поставлено на широкую ногу и дать результаты…».
Для вербовки вышеупомянутых агентов широко использовались эмиссары Коминтерна, которые одновременно работали и на разведку. Они вербовали людей в основном из нелегальных военных аппаратов компартий. Последние стали создаваться повсеместно после II конгресса Коминтерна на волне эйфории, охватившей коммунистов всех стран в результате наступления Красной Армии на Варшаву. Опытные и испытанные эмиссары Ленина в Европе, такие как Юзеф Ротштадт (Иосиф Красный) в Австрии, Стоян Минев во Франции, Ян Страуян в Италии за короткий срок смогли привлечь в советские разведывательные сети сотни молодых людей в странах Западной и Восточной Европы, с нетерпением ожидавших мировой революции и считавших Советскую Россию своей подлинной родиной.