Советские добровольцы стали прибывать в Китай с октября 1937 года. Это были прежде всего летчики, которые в первый период военных действий прияли на себя удары японских ВВС. А общее руководство действиями советскими добровольцев и военными советниками осуществлялось аппаратом главного военного советника, которым с 1937 по 1942 год руководили М.Дратвин, А. Черепанов, К. Качанов и В. Чуйков. Как и в 1924-1927 годах, в аппарате главного военного советника находились и сотрудники Разведупра. Не обошло вниманием советское руководство и китайскую
Красную Армию (18-я армейская группа и 4-я Новая армия), находившуюся в это время в так называемом Особом районе Китая (провинции Шэньси и Ганьсю) со столицей в Яньане Но если при Чан Кайши находились официальные советские представители, то сведения о положении в Особом районе поступали только от Разведупра, чьи сотрудники действовали там как представители Коминтерна. В 1938-1942 годах в Яньане находился П. Мотинов, а в 1942-1945 годах — П.Владимиров (Власов), причем последний считался не только связным Коминтерна, но и военным корреспондентом ТАСС.
В апреле 1938 года во время советско-китайских переговоров был поднят вопрос о совместных разведывательных операциях. При этом начальник 2-го отдела Военного комитета (разведка) центрального правительства Чжан Цзолинь внес следующие предложения:
— для совместной работы против Японии нелегальные резидентуры китайской и советской разведок в Шанхае будут связаны либо непосредственно, либо через связника;
— китайцы станут передавать в Москву перехваченные ими японские шифротелеграммы с тем, чтобы после декодирования получать расшифрованные тексты;
— китайская разведка передаст Москве материалы по белой эмиграции и троцкистам, а взамен получит список известных советской разведке японских агентов в Китае.
После тщательного рассмотрения эти предложения были приняты, и в мае 1938 года на паритетных началах было создано Объединенное бюро, куда вошли представители китайской разведки, Разведупра РККА и ИНО НКВД. Организационно Объединенное бюро состояло из трех отделов:
1-й отдел (оперативный) отвечал за организацию агентурной работы, подготовку личного состава и оперативную технику;
2-й отдел (информационный) занимался обработкой полученных материалов;
3-й отдел — хозяйственный.
Расходы на финансирование Объединенного бюро были определены в 20 тыс. долл. в год, которые распределялись поровну между СССР и Китаем.
Первое время работа Объединенного бюро была весьма плодотворной. Так, от резидентур, действующих в Нинся, Ханькоу, Тяньзине, Гонконге, Пекине и других городах были получены сведения о дислокации японских войск, их вооружении, перебросках, подготовке боевых операций и т.д. Но в скором времени каждая сторона начала преследовать только собственные интересы, и в 1940 году Объединенное бюро прекратило свое существование. С этого времени сотрудничество с китайской
~ 169
разведкой носило эпизодический характер169.
Говоря о работе советской военной разведки в Китае в конце 1930-х — начале 1940-х годов необходимо отметить, что координация деятельности аппарата военного атташе, аппарата главного военного советника и аппарата заместителя главного военного советника по разведке, которым руководил Н.Рощин, была слабой, так как все три аппарата подчинялись непосредственно Москве. Однако в некоторой степени это компенсировалось тесными контактами военной разведки и ИНО НКВД. Главным резидентом ИНО НКВД в Китае с 1938 по 1944 год был Александр Панюшкин, исполняющий одновременно и обязанности посла СССР при центральном китайском правительстве. Что же касается конкретных сведений, то они достаточно полно отражали политическую, экономическую и военную обстановку в Китае.
Очень важным для советского руководства был вопрос о возможности дальнейшего ведения Китаем военных действий против Японии. И поэтому получение сведений о наличие людских ресурсов и возможности пополнения ими китайской армии, возможности финансирования военных действий, обеспечения армии оружием, боеприпасами, транспортом и другими военными материалами, а также об обеспечении армии и населения продовольствием имело первостепенное значение. Так, советской военной разведкой были получены материалы о том, что военные расходы в 1940 году составляли 2/3 бюджета правительства Чан Кайши, причем налоговые поступления составляли лишь половину доходов бюджета. Покрыть дефицит предполагалось за счет выпуска двух займов — Займа военного снабжения и Золотого займа. Однако, как и предсказывали в Разведупре, надежда на займы не оправдалась, дефицит был покрыт за счет включения печатного станка, а рост инфляции к концу 1940 года составил более 400 процентов.