Я в панике ломанулся дальше выискивать живность, но повсюду валялись трупы несчастных членистоногих. Тут определённо орудовала банда паукотрахов, которая истребляла всё, у чего есть восемь глаз, и сочная мохнатая срака.
- Чего же мне так не везёт! - ругался я, выцепив несчастного скорпиона у самого края локации. Уровень почти не рос, хотя у меня было четырёхкратное увеличение опыта. Я даже подумал вернуться в Мрачные земли, но решил, что таким поступком я дам слабину, и эта беременная самка носорога почувствует свою победу. Весь вечер и всю ночь я буквально рвал глотки за фарм, ибо, казалось, что тут сосредоточились все самые потные и вонючие задры. Левел предательски стоял на месте, я предательски тряс очком и всё время поглядывал на результаты Алексея. И мне всё время казалось, что его полоска опыта растёт быстрее, чем у меня.
- Если я проиграю карточку, я насру у Лёхи под дверью. Слово себе даю, - ругался я, используя скорострельность на совсем дохлую живность, которую можно было и просто с руки ебануть.
За всю ночь я приблизился к 28му левелу, и побеждённо сдался. Хотелось спать, но до моего подъеёма оставался час. Может, напиздеть мамке, что я заболел? Или сказать, что мне ко второй паре? Хотя, это не проканает, она уже выучила моё расписание и не потерпит лжи.
Я сидел на кровати и качался из стороны в сторону. Спать нельзя, иначе будет только хуже.
Я думал о том, что мне поможет не заснуть, а именно о сардельках, тунцующих на фоне моря с тросточками. Но, к сожалению, это оказалось охуенным снотворным, и я сам не заметил, как предсмертно хрюкнул и упал мордой в подушку.
На утро я проснулся с таким опухшим ебалом, словно, рой пчёл оформил меня в обе щеки.
- У тебя глаза краснющие. Во сколько ты лёг спать? - поинтересовалась, разбудившая меня мама.
- В двенадцать, - спиздел я.
- Не верю. Ты со своими игрушками скоро совсем с ума сойдёшь. Нельзя так себя перенагружать... - мама завела свою
пластинку, а я воспользовался моментом, и поцеловав родимую подушку хрюльником, принялся сладко сопеть.
Второй толчок был настойчивее и дал мне понять, что проспать первую пару мне не дадут.
Я прождал Алексея минут 15 на холоде, то и дело опускаясь в миры сновидений, но друг так и не вышел. Я набрал толстопуза, и
когда ленивое сонное "Алло?" прозвучало в трубке, я заорал, как сам не свой:
- РОТОПОДЪЁМ, БЛЯТЬ! ОПЯТЬ ПРОСПАЛ, БРЮХОСУМ? ВОЕНКОМАТ НЕ ДРЕМЛЕТ!
- Макс, пошёл нахуй, - мило ответил друг, - я просплю первую пару.
- Не понял, ты что совсем ахуел? А как же учёба? Ты для чего поступал, чтобы спать и сосать палец (двадцать первый) или
учиться?
- Не лечи мне мозг. Ты не моя мама, - Алексей на том проводе так сладко зевнул, что у него хрустнула челюсть.
- Но я был в твоей маме! Это можно считать, что я знаю, каково ей растить такого беззаботного и ленивого тупого уебана,
который даже похудеть не может.
- Макс, мне похуй, я хочу спать. Покеда, - Алексей положил трубку, а я со злости позвонил ему в домофон и убежал.
Вот такой я негодяй.
В автобусе я храпел на весь салон, потому что кондуктор пару раз меня будила и просила спать потише. Наконец, я приехал в
универ. Без Лёхи на пары я шёл впервые, если не считать физру. Кстати, седня физра, я форму-то взял?
Я принялся истерично рыться в сумке и обнаружил аккуратно свернутую футболку, штаны и олимпийку. Спасибо маме, без неё тут
явно не обошлось.
Я впервые спал на парах, к счастью, сегодня были лекции. Я реально понял, как это ахуенно, но решил таким делом не
злоупотреблять. Делаю исключение из правил на время, пока не вгоню в сраку Алексею победную стрелу. За сегодня надо добить
тридцатый левел. Как приду, сразу же сяду за приставку.
На лекции я правда заснул. Мне снился длинный коридор универа. Я искал какую-то аудиторию. Я заглядывал во все двери,
спрашивал, не здесь ли идёт лекция по определённому предмету, но меня все слали нахер. Я буквально был в растерянности. И
тут я открыл дверь, и увидал, как какой-то чепушила порет тёлку раком прямо на парте. "Упс, пардон, не знал, что на парах
этим занимаются!", - весело хихикнул я, думая, как бы не начать дрочить прямо в аудитории. Парочка повернулась ко мне, и я
в ужасе узнал в них Полину и Матвея. "Пошёл нахер засерун!", - крикнула Полина. "Да, засерыш, проваливай, а то снова
огребёшь, как тогда. Полине нужен настоящий мужик, а не такая размазня, как ты!", - проговорил с насмешкой Матвей. И вдруг,
Полина превратилась в Селестину. "Клёво я тебя уделала, Макс. Спасибо, что хоть не обосрался от разочарования!", -
усмехнулась она. А Матвей-в жопу с парнем веселей, принялся грязно и жёстко пороть её в задницу. Точнее, как мне