Вряд ли можно было бы поверить, что в любом другом городе, как этот, могло быть так тихо. Иногда даже казалось, что тишина умиротворяет всё вокруг, и только лишь в этом городе, было так тихо, как ни в одном другом на карте мира.
Ни полиции, ни военных, не простых гражданских лиц, а уж что можно было говорить о детях этого города… В городе, когда-то процветавшем и зовущемся, как «город Ангелов», теперь с полной уверенностью можно было бы сказать, что он стал городом призраков и трупов. И лишь только по ночам были слышны вопли и крики людей, конечно, нет, они не звали о помощи – да и у кого здесь можно было просить о помощи, когда каждый думал сам о себе, и о том, чтобы по скорее пережить этот день. Потому что, никто и никогда не решиться выйти на улицу к тому же ночью, лишь только для того, чтобы помочь оказавшемуся в беде другому гражданину этого города…
Ведь любой крик может быть обманчив, и призыв о помощи может оказаться ловушкой для бедолаги, которые клюнут на уловку. И выйдут на улицу, скорей всего в последний раз…
Город стал полем для боя – различные банды, имена которым уносились в забвение смерти. Люди, которые искали защиту, но не находили её в лицах справедливого, казалось бы, правосудия. Они брались за оружие, и с ним же в руках умирали. В глазах смерти они чувствовали боль и тоску. Любой, от взрослого до малого мог убить без всякого на то сожаления и страха, они не чувствовали вины за содеянное, они просто делали это, без опасения о том, что кто-то и когда-то возможно, убьёт и их.
И только лишь смерть приносила избавление. Её жаждали многие, но не многим хотелось умереть от руки брата или друга. Вот таким стал этот мир. Погруженный в хаос и беззакония, этот город сменил лидеров, но не сменил своего истинного лица.
Он оставался городом, который канул в неизбежное. Обращенный в прах, но все же, он подавал надежды на спасение загубленным душам.
И теперь по истине, стал названым «городом Ангелов», в тенях хаоса…
И память о нём будет долго хранить имена людей, которые были вынуждены скрываться днём, а ночью жить. Ведь только ночью, они могли по - настоящему чувствовать себя живыми.
Спуская вниз по туннелям метро, Ганс Будлог не чувствовал страха, ни к тому, что его там ожидает, ни даже к тому, что сегодня он может погибнуть.
Только такие люди вроде него, не имеющие страха, способны выживать в подобном мире. Его учителем был Мустафа, а наставником Вальторс. Эти два человека сумели сделать из него человека, поднять в нём дух и сделать из него настоящего солдата. Он способен был выживать в любых трудных для него условиях, будь-то война или чума, он жил этим миром, как воин и всегда знал, что именно так будет жить и дальше…
В отряде Мустафы, он появился в возрасте 12 лет и уже тогда, Герман Вальторс сумел узреть в юном мальчишке не зримый талант солдата. Он появился в отряде зачистки, как звереныш, не имевший опыта. И всего за каких-то несколько лет, сумел освоил тактику боя, и стать одним из лучших, среди молодых людей достигших своего возраста в рядах подпольного отряда…
Мустафа ещё тогда сказал:
- Смотри, капитан, берёшь на свой страх и риск.… Если этот чертёнок, подведёт хотя бы раз нас – ответ понесёте оба?!
Вальторс тогда улыбнулся, и на его слова ничего не ответил. Но с выбором он и в самом деле не ошибся, парень и впрямь, имел большой талант. И всего добивался быстро…
Ни многим с кем он сложил и проходил подготовку, удалось выжить в то суровое время войны. Но только двум удалось постичь все навыки жизни и смерти.
Под командованием Германа Вальторса служили многие, но, пожалуй, не многим повезло так – как повезло Гансу Будлогу. Он часто бывал на волоске от смерти, но всегда, каким-то чудом ему удавалось выжить и идти дальше, не оглядываясь назад.
Отрядом командовал изначально Герман Вальторс, но все приказы отходили лично от Мустафы. Мустафа всеми силами пытался сделать из Ганса хладнокровного убийцу, который бы смог войдя в дом полный людей – выйти оттуда без всякого на то сожаления и совести вины за содеянное им.
И он делал это, как-то, раз ему пришлось иметь дело с повстанцами, которые укрылись в не большой церквушке. Мустафа приказал убить всех, никто не должен был остаться в живых. Это было его первым заданием, которое Ганс выполнил без всякого сожаления и вины, тогда на его руках была кровь 20 человек. Это была настоящая бойня, и когда Вальторс увидел что сделал его лучший ученик, он хотел его наказать за устроенную бойню им, но Ганс тогда сказал:
- Я всего лишь солдат, сэр. Такой же, как и вы! Мне приказали…. Я выполнил…
И в отличие от Мустафы, Вальторс старался научить своих людей самоконтролю и порядку, что любая жизнь в этом мире, чего-то стоит. Не важно, что в прошлом сделал этот человек, главное лишь то – что мы должны всегда оставаться людьми. И стараясь, идя в ад, брать с собою хотя бы частичку, добра…
Но, с того самого дня, как Ганс выполнил первое своё задание, отношение Вальторса к своему ученику переменилось, а Мустафа в свою очередь сблизился с Гансом.
Со временем, Ганс стал выполнять самые сложнейшие поручения, на которые его только могли бы послать. И каждый раз он оставался победителем, и когда другие погибали – его друзья и просто солдаты, которые не выдерживали, подобной нагрузки, он имел всё – чего не мог иметь никто…
И пока Ганс поднимался выше, Вальторс стоял позади и смотрел на него, с одной лишь мыслью:
- Будь лучше других, но и не забывай о них…
И сейчас идя по туннелям «города тьмы», Ганс нёс в себе какую-то частичку света, чтобы тот кто окажется перед ним не испытывал к нему ненависти, даже если он собирается отнять самое дорогое и бесценное, что дано человеку с самого его рождения – это жизнь!
Пройдя вглубь метро, он остановился и стал вслушиваться в тишину, затем, в не скольких метрах от него донёсся какой-то потусторонний шорох, он оглянулся, но не испугался – это было какое-то животное. Которое куда-то спешило или возможно, даже, пыталось убежать, спрятаться от страха в лице великана, стоящего перед ним…
Идя по железнодорожным путям, он то и дело останавливался и оборачивался назад. Почему-то ему казалось, что его преследуют - возможно, так чувствует себя каждый человек, идя через темноту или какой-то тёмный переулок. Нам кажется, что за нами следят. Мы оборачиваемся назад, но кроме пустоты и тишины, которая нас окружает, там нет ничего - но страха к этому у него не было.
К встрече к неизвестными он был абсолютно готов, он вполне бы сумел справиться с одним или двумя объектами слежения. Его готовили к этому, обучали в армии. И ему уже приходилось побывать в подобных ситуациях, когда темнота путала ему мозги, и он не мог увидеть сквозь неё – самого главного… выбора, который ему приходилось делать ежедневно и ежечасно. И даже сейчас он не терял самообладания, не давал страху овладеть им полностью, чтобы продолжать свой путь дальше.
Ведь, всегда остаётся след, который мог бы его привести к свету и начальному пути…