Всю неделю, казалось, Кан провёл в праздном ничегонеделании, однако это было не так. Он активно ходил по тавернам и недорогим ресторациям, собирая информацию и слухи о компании Эсико. Хотя начал с небезызвестной булочной, куда заявился уже с копьём в руке.
- Я не виноват! – тут же выдал лавочник.
- В чём? – растерялся Кан.
- Не знаю, но это не я. Что вы от меня хотите? - прятался за стойкой пекарь.
- Булочек купить, мне вот этих и этих по две штуки, пожалуйста.
Пока тот настороженно поглядывал на Кана, заворачивая в бумагу выпечку, парень начал осторожно прощупывать почву:
- Вы говорили о слухах, что ходят об Эсико? Что за они?
- Да всякое мелят языками, но в основном о том, что устроившиеся к ним на работу, могут и пропасть, ну и конечно о Безликих.
- Что за безликие?
- Так охрана!
- Да нет у них охраны…
Вот тут Кан и услышал о конструктах-артефактах, которые выполняли роль охранников, да он их и видел, но и подумать не мог, что те доспехи могли оживать и очень даже бодро двигаться. Отделение компании Эсико появилось в Золотом Береге чуть менее года назад, при этом сразу же сделав серьёзную заявку: приобрели недвижимость на набережной. Файзеры почему-то не реагировали, но вот остальные местные алхимики сразу же начали играть против конкурентов, заплатили местной шпане из трущоб немного серебра, чтобы те закидывали лавку Эсико навозом – хороший ход, вроде и безобидный, но какой серьёзный покупатель войдёт в лавку, обмазанную дерьмом. Что было дальше не известно, лавка осталась чистой, а запуганные до смерти неудачливые дерьмометатели толком ничего не помнят. Потом Эсико открылась, мальчишки весь день бегали по городу, крича об уникальном товаре. Потянулись любопытные, вот тут и обнаружилось, что охраны то нет, ну так сразу подумали, только при попытке покинуть помещение без оплаты, вход им перекрыли ожившие латы. Наиболее наглые попробовали применить силу, им ломали конечности и в бессознательном состоянии выкидывали на улицу. А самое страшное то, что места прикосновения Безликих к воришкам начинали гнить заживо и очень плохо заживлялись, некоторые вроде даже и умерли, те, у которых не было чем оплатить восстанавливающие и целебные зелья. Потом кто-то купил эксклюзивный эликсир и среди золотой лиги Южной агломерации пошли разговоры, мол действительно, ни у одного алхимика не встречали таких зелий. Конкуренты забеспокоились и решили уже сыграть посерьёзней, лавку попытались разграбить и сжечь наёмники, только их всех под магазином на утро и нашли, еле живых и очень дурно попахивающих. А потом случился вызов Карлу Кауфману. Сильнейший в Южной агломерации местный житель и по совместительству бретёр, семьдесят шестого уровня, специально получивший жетон соответствующего ряда золотой лиги, нашёл предлог и бросил вызов управляющему местного отделения Эсико, а тот взял, да и вышел на арену вместе с конструктом. Арбитры тогда начали сопротивляться, но Кауфман настоял на своём, утверждал, что прецеденты уже были, в итоге те связались с кем-то из своих и разрешили, артефакт он и есть артефакт. На дуэль тогда пол города пришла смотреть, только интересного ничего не было: сразу после отмашки наёмник превратился в гниющий и вопящий от боли кусок мяса, катающийся по песку арены. Ещё говорят, что местные потом сами покупали у Эсико специальные зелья, чтобы вылечить своего боевика. После этого больше никто особо и не задирался с Эсико, но и ходят редко в их лавку, хотя цены у них получше чем у Файзер и даже дешевле, чем в некоторых местных лавках, но мало ли конструкт сбрендит, да и сгниёшь ты заживо. И работать к ним тоже никто не стремится идти, это же мало того, что надо будет постоянно с этими чудищами быть рядом, так ещё есть слух, что Безликих и создают из нерадивых работников, опаивая страшными зельями и запечатывая в артефактные доспехи.
Дальше Кан просто ходил по тавернам, заводил разговоры, наливая пива или что покрепче, и слушал страшные небылицы. Складывалось такое ощущение, что город просто обречён из-за того, что в нём появилась Эсико. Так и прошла неделя, а потом началась охота. Перед выходом Кан практически весь остаток своих денег заплатил Арбитрам за изучение среднего сигнального массива, который увеличивал шансы не быть застигнутым врасплох как прошлый раз. Месяца три или четыре он провёл в одиночестве, постоянно размышляя о том, как быть с Эсико. На этот раз обошлось без ранений, по крайней мере крупных, и с коробом, забитым всяким-разным, он отправился назад, придя к такому решению: нужно и как-то добраться до рецептов тех зелий, и при этом остаться свободным охотником.