- А Кац это кто?
- Это Главный казначей Эсико, скоро с ним тоже познакомишься, нужно и нам тут будет организовывать казначейскую службу, надоело мне самому с этими бумажками возиться, а без них никак, он с меня душу достанет, у нас и так с ним… неприязнь, старый псих, но нужно отдать ему должное, своё дело он знает от и до и очень любит, так что всё организует на высшем уровне. Как у корпоратов, да он и сам в корпорации всю жизнь проработал, его даже опять сманить назад хотели, но кто же ему ещё предложит выстроить казначейство корпорации с нуля, так, как он это видит. Просто деньги его не интересуют. Вот старый хрен и держится за Эсико руками и ногами, и зубами ещё всем плешь проедает.
- Корпорации? Эсико же не корпорация.
- Я же говорил, Кан, это пока, только пока.
- А что можешь рассказать про остальных основателей?
- Главный управляющий Эсико, Селена Дрейк, таланливый алхимик и артефактор. Восемьдесят пятого уровня, но вот этой цифре точно не стоит верить. Когда мы встретились она выглядела ну очень молодо, так что у неё точно уровень вырос, хотя и сейчас также юно выглядит. Но ты не обманывайся, она очень умная и видит любого насквозь, вот где врать вообще бесполезно, ложь чувствует почище любого Венца. И не любит эту ложь. А ещё она очень мягкая и добрая. Казалось бы, как мягкая и добрая может управлять компанией? Да легко, и дело не только в душеуправителе, потому что у неё ещё есть два Чоньтьечуа. Оно-э Чоньтьечуа – личный секретарь и помощник, она так же, как и Мао, пустая, только вот у неё слово пустой приобретает несколько другой смысл. Поймёшь, когда посмотришь ей в глаза, хотя, мой тебе совет, лучше не смотри, такое ощущение, что за ними действительно пустота и твоя душа сейчас туда провалится. Ну и Ингвар Чоньтьечуа, тоже без какой-либо должности, или можно считать его охотником, бретёром и палачом. А так - простак и добряк, на первый взгляд, да и на второй тоже, только одержимый он, какой-то злой силой. Как увидишь, что запылали его глаза огнём, убегай…
- А какого он уровня?
- Восемьдесят первого был, но это тоже давно не точно, потому что тоже на вид сопляк сопляком, только здоровенный, значит ещё растёт и развивается. В дуэлях с ним от профессиональных бойцов корпоратов, с артефактами и под зельями, и большего уровня, только мешки с поломанными костями оставались за несколько секунд.
Рассказ Кауфмана очень сильно стимулировал Кана. Если сначала он питал иллюзии и был уверен, что его с радостью возьмут и откроют все секреты за его высокий уровень, то теперь оказалось, что даже с восемьдесят вторым он сильно не дотягивает до руководства Эсико. Там уже речь идёт о девяностых. Под присмотром Безликого тренировки стали ещё более напряжёнными и выматывающими, однако он чувствовал, что чего-то не хватает. Всё же, когда идёт битва не на жизнь, а на смерть, когда ты постоянно проходишь по грани, то и результат совсем другой. Уйти в охотники он пока не мог, хотя с радостью поискал бы виверн. Такие мысли одолевали его, когда он в очередной раз собирался совершить прогулку за город вместе с одним из Безликих. Кауфман вернулся и возился наверху, а Кан смотрел на Безликих. Он всегда почему-то брал с собой правого, если стоять к ним лицом, и сейчас было отчётливо видно, что на левом пыли гораздо больше. Кан вспомнил, что больше месяца назад задумывался о том, что их нужно протереть. Решив не откладывать это на потом, потому что скорее всего опять забудет, взял тряпку и начал вытирать пыль, сразу же почувствовав воздействие чужой холодной и разрушительной силы. Да, очень слабое воздействие, но оно присутствовало. А ещё он обнаружил, что пол под Безликими разрушался: гнил и превращался в труху.
- Сделайте шаг в сторону. – скомандовал он истуканам и уставился на два чёрных отпечатка ног в том месте, где недавно стояли Безликие.
- Карл! Можешь подойти? – крикнул он.
Через минуту спустился Кауфман и так же уставился на отпечатки.
- Нужно вызвать столяров, чтобы вырезали сгнившее дерево, и установить тут металлические, а лучше каменные пьедесталы. Ты же за город? Вот зайди по пути и к столяру, и к каменщику, пусть завтра подойдут.
Заказав на завтра необходимых работников, обрисовав предстоящую задачу, Кан, наконец-то, приступил к разминке, намечая план сегодняшней тренировки. Только его взгляд почему-то постоянно возвращался на застывшего в отдалении Безликого. Очень быстро догнала взгляд и идея, где найти сильного соперника. Правда сначала он эту идею гнал от себя, находя различные отговорки и обоснования, почему она плохая. Главной среди них была мысль, что если он сломает Безликого, то его не примут в Эсико, или вообще в отрабы отправят, хотя его это почему-то не пугало. Да и не верил он. Если уж Кауфмана за все его прошлые дела не определили в отрабы или не убили, то и за одного Безликого ничего с ним не сделают. Как итог, через несколько минут он стоял в метрах трёх перед Безликим и раздумывал, какие же правильные команды ему дать.