- Враги! К оружию! Смерть предателям веры! – сразу же раздался истошный крик мальчугана, который выхватил из-за пояса какой-то кухонный нож и бросился на ближайшего солдата.
Ромео среагировал моментально, перехватив руку парня с ножом и зажав тому рот.
- Так, нужно связать его и заткнуть рот, будем отходить – развяжем…
Договорить он не успел. Солдат лет пятидесяти из взвода Эйиуди, который был в отделении, обнаружившем храм Вестиды, подошёл к мальчику и быстро вогнал тому нож в сердце. Тощее тело, пару раз дёрнувшись, обмякло в руках Ромео.
- Не поможет. – пока Ромео стоял в оцепенении, солдат спокойно вытирал нож. – Мы уже сталкивались с таким. Они безумны, будут руки себе перегрызать, лишь бы избавиться от пут. Кричать и бросаться тоже не перестанут, когда освободятся, да и неизвестно вернёмся ли мы. Видно, что здесь никто не появляется, а смерть от обезвоживания мучительна, лучше уж так…
Ромео было потянулся рукой к горлу солдата, но того быстро загородил собой Фонс.
- Он всё правильно сделал. Это враг, который подрастёт и лет через семь восемь возьмёт в руки плазму.
- Но, можно было…
- Можно было что? Как будто ты их в плен не брал и не допрашивал. Там мозг настолько промыт, что с ними уже ничего не сделаешь, фанатики…
Тело мальчика оттащили в соседнюю комнату и забросали строительным мусором. Ромео весь вечер хранил молчание. А следующей ночью он всю свою злобу и ненависть вымещал на служителях Вестиды. В храме действительно не оказалось сильных приспешников, нашёлся только один епископ, с которым легко справился Каррера, ворвавшийся внутрь святилища на острие атаки. Взвод Эйиуди стоял во втором эшелоне и прикрытии. Внутри храма живых гражданских уже не было, зато был алтарь, какой-то очень странный, и лежащее на нём что-то, похожее на тускло светящуюся жемчужину. Взяв её в руки, Ромео почувствовал странную, манящую и в то же время вызывающую отвращение чудовищную силу. Не сложно было догадаться, что это сила десятков тысяч принесённых в жертву на этом алтаре людей. Он решил показать свою находку командованию, поэтому быстро спрятал её во внутренний карман.
Заминировав строение, два взвода в спешном марше выдвинулись прочь, остановившись в том же самом доме, где был убит мальчик. Как оказалось, останавливаться им было нельзя. Был расчёт на малочисленность прислужников Вестиды и на то, что они не сильно взаимодействуют с последователями Кормаля. Только всё оказалось наоборот. Через день их настигло подразделение Бога Войны во главе с консулом. Если с легатом у Ромео ещё были призрачные шансы справиться, то консулу он ничего противопоставить не мог. Как итог, они были окружены и планомерно уничтожались. Все атаки Карреры блокировались консулом, который сам в прямое противостояние идти не спешил, вперёд отправлялись солдаты и декурионы. Бойцов Сопротивления оставалось в живых человек шесть.
- Фонс, собирай своих оставшихся, будем прорываться между вот тех двух домов. На консула идти смысла нет. Может, кому-то и получиться уйти.
Четыре солдата собрались возле Карреры и Эйиуди, у которого были другие планы: тот сам атаковал Карреру.
Не ожидавшие удара солдаты погибли сразу, а вот Ромео среагировать и защититься успел, и тут же атаковал Фонса.
- Кормаль! Уповаю на тебя, молю тебя! Дай мне сил уничтожить врага твоего! Отдаю тебе всего себя! Отныне я твой ярый последователь! Помогайте, братья! Я держу его! – громко заорал Фонс, только вот на помощь к нему никто не спешил.
- Скорее! На помощь! Братья! Суки! Твари! Ненавижу! – это были последние слова Эйиуди, после которых Ромео удалось проломать его защиту и уничтожить предателя.
Сил оставалось мало, поэтому удару консула противопоставить было нечего. Каррере удалось только сохранить себе жизнь. Он валялся в каком-то переулке, основательно разрушенном прошедшим боем, и пытался остановить шум в голове и хлещущую из множества ран кровь. Его стали окружать солдаты Кормаля, подошёл и сам консул.
- Это хорошо, - прохрипел Ромео. - Рад тебя видеть. Всё-таки я сдохну не зря.