– Любимая моя, девочка моя… ты здесь… здесь, – он отпускает меня на землю и обхватывает холодными ладонями моё лицо.
– Ты хромаешь… у тебя нос… он…
– Сломан был, да. Колено ещё болит. Но я жив, всё хорошо. Всё теперь хорошо. Пошли, – он достаёт из кармана кепку и натягивает на голову. Обнимает меня за талию, забирает мой рюкзак и ведёт за собой.
А я плачу. Стираю слёзы и не верю… этот аромат. Мой любимый рядом. Я смотрю на него. Он бледен, хромает и крепко держит меня за руку.
– Всё хорошо, – повторяет Рафаэль. – Поговорим в другом месте, мы должны исчезнуть. Чем меньше людей нас будет видеть, тем лучше.
Киваю ему, понимая всё. Мы спускаемся в метро, и я даже понятия не имею о том, куда мы едем. По виду Рафаэля сложно сказать, как долго он находится в Париже, но он уверенно передаёт мне билет до какой-то станции. Я не вижу её. Я в эйфории, оттого что это, действительно, он. Живой. Немного помятый, но живой.
В вагоне метро мы встаём в углу, и он закрывает меня собой. Прижимает к себе, обнимает и целует в висок.
– Я так скучал по тебе. Я думал о тебе каждую секунду, – шепчет он.
– Я вычёркивала дни своей жизни до встречи с тобой…
– Ты знала, когда мы встретимся? – Удивляется он.
– Я установила для себя срок в два с половиной года. После окончания университета. Тогда я стала бы свободной и смогла бы найти тебя, – осторожно дотрагиваюсь пальцами до его лица.
– Это долго, очень долго.
– Какая разница, как много времени пройдёт, не так ли?
– Конечно. Чёрт, это ты. Не мой сон, не моя фантазия. Мира, это ты, – кажется, что и Рафаэль не верит тому, что мы так близко друг к другу. Наклоняясь, он целует меня. Едва касается своими подрагивающими губами до моих, и я улыбаюсь. И сейчас я готова поверить в любые чудеса в этом мире, если они будут вот такими, как это.
Мы стоим, прижавшись друг к другу, и просто молчим, пока где-то вдалеке от моего сознания раздаётся стук колёс. Делаем две пересадки и оказываемся на окраине Парижа. Это неблагополучные районы, но именно они помогут нам скрыться от ищеек отца. Он если и будет нас искать, то в более роскошных.
Рафаэль ведёт меня к одному из трёхэтажных домов.
– Здесь мы задержимся ненадолго. Очень маленькая квартирка. Крошечная, – нервно улыбаясь, говорит он.
– Не важно, – качаю головой, оказываясь на первом этаже. Мы проходим по коридору, и Рафаэль открывает ключом дверь.
Он первым входит в квартиру, а затем я.
– Здравствуй, Эмира, – всё внутри меня холодеет от голоса, раздавшегося перед нами.
– Нет… нет, – от страха хватаю Рафаэля за руку. Клянусь себе, что ни за что на свете не отпущу его. Никогда.
– Нет, пожалуйста, не надо…
– Всё в порядке, Мира. Грог здесь, чтобы нам помочь, – Рафаэль кладёт руку на мою, пытаясь меня успокоить.
– Твой отец сильно оскорблён твоими последними словами, Эмира, что и даст вам время, чтобы скрыться. Второго числа вы вылетите отсюда в Бразилию. Вот ваши билеты и новые документы. В это же время Эрнест будет лететь в Америку и не сможет вам помешать. Сделайте так, чтобы он вас никогда не нашёл, – произносит Грог и достаёт из внутреннего кармана чёрного пальто пакет, передавая его Рафаэлю. Переводит на меня взгляд, а я ещё в это не верю. Грог работает на отца столько, сколько я его помню. Он никогда его не предавал, даже если приходилось делать грязную и очень неприятную работу.
– Почему? – Шепчу я, обращаясь к Грогу.
Взгляд его тёмных глаз смягчается, как и суровые черты лица. Наверное, я боялась всегда его больше, чем отца. Грог был человеком без чувств, без прошлого и будущего. Но он находился рядом со мной постоянно, как будто моя жизнь ему, действительно, была важна больше, чем отцу.
Грог делает шаг к нам, а я крепче сжимаю локоть Рафаэля.
– Я же видел, как ты растёшь, как меняешься и как совершаешь ошибки раз за разом. Я наблюдал за тем, как ты делала свои первые шаги, падала и упрямо поднималась, не позволяя мне помочь тебе. Я слишком долго смотрел на то, как ты страдаешь, Эмира. И впервые за всё это время я могу гордиться тем, что ты, наконец-то, сделала правильный выбор. Ты выбрала хорошего парня, и пришло твоё время стать той, кто ты есть на самом деле, не доказывая Эрнесту, что ты достойна его внимания. Будь счастлива и береги себя. Желаю вам удачи и прощаюсь с вами обоими навсегда. Это была занимательная история, но она ваша, и я в ней больше не принимаю участия, – Грог кивает нам на прощание и выходит из квартиры.
Спасибо…
Я обескуражена тем, что он сказал. Я шокирована, что в его словах я услышала подтекст: «Ты мне была, как дочь, и ради твоего счастья я готов на многое, даже предать того, кто может меня убить».