Мы входим домой с покупками, а Мира продолжает загадочно улыбаться. Наверное, не стоило ей пить весь глинтвейн.
– Ты не купил сладкого, – напоминает она, когда я разбираю еду.
– Переживу.
– Но у меня кое-что есть для тебя, – Мира достаёт из-за спины пряник в форме рождественского чулка и протягивает мне.
– Где ты его взяла? Только не говори мне, что украла.
– Нет, там бесплатно раздавали. Да, бесплатно. Мальчик подошёл ко мне и дал его, – улыбаясь, отвечает она.
– Надо было взять все, раз уж бесплатно. Ты в душ?
– Ага. Я недолго.
Мира скрывается в ванной, а я кручу пряник с биркой от производителя, упакованный в полиэтилен. Когда это начали бесплатно раздавать дорогие пряники? Она обманула. Купила его и не хочет, чтобы я знал об этом. Но я сделаю вид, что съел её ложь, и даже открою его.
Отрываю бирку и распаковываю пряник. Отламываю кусочек, запивая водой. Вкусно.
– Я всё, – Мира с раскрасневшимися от горячей воды щеками выскакивает из ванной в одном полотенце.
– Ты очень быстро.
– А ты до сих пор одет. Пошли, – она тянет меня за руку, и я отламываю ещё один кусочек и подношу к её губам.
– Врунишка, – журю её, пока она жуёт.
– Да, правда, Рафаэль. Это бесплатно дали, я сама удивилась, но мальчик такой миленький был.
Закатываю глаза и укоризненно смотрю на неё.
– Да и вряд ли он дорогой. Там их полно. Ведь продавалось. Может быть, какая-то рекламная акция. Вот, даже фирма незнакомая, – Мира берёт в руки бирку и разворачивает.
– Рафаэль, – с её лица моментально сбегает вся краска.
– Что?
– Вот… это… вот, – её руки заметно начинают подрагивать, когда она протягивает мне бирку.
Хмурясь, читаю то, что там написано. От руки. Знакомым почерком.
Чёрт…
«Ты думал, я не найду тебя, Эль?»
Глава 36
Мира
– Одевайся. Быстро, – низким голосом произносит Рафаэль и комкает бирку в своих руках.
Я уже всё поняла. Это предупреждение, которое передали именно мне, чтобы Рафаэль знал о том, что он на прицеле. И это точно не почерк моего отца или же Грога. Это другой враг. Оскар. Ублюдок Оскар, осевший в моей памяти, как самый противный кусок дерьма.
Срываюсь с места и бросаю на пол в ванной полотенце. Надеваю на себя всё, что оставила здесь, и собираю волосы в хвост. Вылетаю обратно в комнату, замечая, что Рафаэль швыряет вещи в рюкзак Белча. Опускаюсь на колени и помогаю ему.
– Это из-за того, что мы гуляли? – Надрывисто спрашиваю его.
– Нет. Нас невозможно было вычислить среди нескольких тысяч людей сразу же. Наше месторасположение уже давно было известно. Они лишь выжидали время, чтобы обнаружить себя.
– Это Оскар?
– Да. Нам придётся купить билеты в другую страну или же сесть на поезд. Сменим направление. Если ему известно о том, что Грог снял нам квартиру, то известно и то, что мы планируем свалить с этого материка в ближайшее время. Возьми воду, – Рафаэль поднимается на ноги, кривясь, видимо, от боли в ноге. Мне удалось рассмотреть его травму. И боюсь, что это не просто ушиб, у него или трещина, или смещение сустава, потому что колено сильно опухло.
Несусь на кухню и хватаю две бутылки воды. Бросаю в рюкзак, и Рафаэль затягивает его.
– Выключи свет, – лечу к стене и щёлкаю по выключателю на кухне. Всё погружается во тьму.
– Они следят за входом в дом, поэтому выйти через дверь не получится. По его плану, я уже должен был заметить записку и запаниковать. Если мы выйдем сейчас, то они готовы.
– А если подождём?
– То они придут сами. Мы не можем выжидать, и сейчас я бы посоветовал тебе уйти одной.
– Я не уйду, – категорично заявляю я.
– Знаю. Поэтому приготовься к тому, что за нами будут бежать головорезы. Это не Карстен и не Марджори, Мира. Это убийцы, и у них нет чувства жалости. Они всегда врут, не верь ни одному их слову, поняла?
– Да, я не дура, Рафаэль, – шепчу я.
– Они вооружены и могут стрелять, чтобы напугать нас. Они не убьют. Мы до сих пор живы, значит, Скар хочет, чтобы я вернулся к нему. Он будет манипулировать тобой. Он самый ужасный кошмар, который ты можешь встретить…
– Рафаэль, всё в порядке. Я готова ко всему, – нахожу его руку и сжимаю её, убеждая его в своих словах.
Ложь, я чертовски отвратительная лгунья. Мне страшно. Не за себя, а за Рафаэля. Я уверена, что и в его голове сейчас подобные мысли. Но я знала на что шла, поэтому никаких сожалений не должна испытывать. Главное, выбраться из этого города, а дальше будет легче.