– Мы готовы. Опустим все эти идиотские клятвы и перейдём к главному. К ответам. Начинай, – кивает он.
– Мы собрались здесь, чтобы…
– Я сказал без этого дерьма, – рычит Оскар и достаёт из-за спины пистолет, наставляя его на бледного мужчину. Бедный.
– Простите, да… сейчас. Я вписал в свидетельство все ваши данные и внёс их в реестр. Вам осталось ответить на вопросы о согласии вступить в этот брак, – священник смотрит на меня умоляюще, словно я что-то могу сделать. Увы, мне очень жаль.
– Оскар Эйзер, вы готовы взять эту девушку в жёны?
– Безусловно, да, – радостно кивает Оскар.
Перевожу взгляд вниз, где какие-то люди и полицейские выбегают из машин. Они не успеют, если только не начнут стрелять на поражение, но чтобы попасть с такого расстояния нужна винтовка.
Оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Рафаэля.
– Эмира Райз, вы готовы взять в мужья этого человека? – Спрашивает меня священник.
Рафаэль улыбается. Слабо, едва двигая губами. Он улыбается мне, невидимыми руками обнимает и поддерживает, даря силы. Мои глаза слезятся от такой чудовищной боли, что сейчас разрывает сердце, но в то же время мне тепло.
– Да, всегда да для тебя, – шепчу я, смотря в его глаза. И не для Оскара это, а для него, Рафаэля. Он кивает мне, понимая всё, что не было сказано. В свете прожекторов на стойке я вижу, как по его щеке скатывается слеза, и тоже плачу. Не важно, кто рядом с нами, важно то, кто внутри нас.
– Эмира, – рыкает Оскар и дёргает к себе. Отворачиваюсь от Рафаэля. Теперь мне всё равно.
– Кольца… вы подготовили кольца? – Сдавленно спрашивает священник.
– Без этой ерунды. Мы не любим. Где поставить подпись?
– Здесь, – Оскар берёт ручку у мужчины и расписывается в документе, а затем передаёт её мне.
И так легко становится. Правда, мне не страшно. Я оставляю свою подпись и кладу ручку в папку. На свидетельстве о браке моё имя и мои паспортные данные. Всё это официально. Это не игра, не шоу, не спектакль, я вышла замуж за самого отвратительного человека на этом свете, и теперь это не моя проблема. Пусть папочка разбирается с новым родственником. Пусть умирает, зная о том, что это его вина.
Оскар забирает папку и поднимает её вверх. Убирает пистолет за спину и достаёт мобильный из кармана. Он звонит отцу.
– Папочка, привет. А мы выше. Подними голову и познакомься со своим новым сыном. Ой, боюсь. Ты уже ничего не сделаешь, твоя дочь добровольно стала моей женой минуту назад, – Оскар выключает мобильный и швыряет его в темноту впереди.
– Вот и всё. Это было не больно, да? Но вот у нас проблема, дорогая моя жена. Пришло время учиться у меня, как быть моей суженой, – Оскар непринуждённо хватает пистолет, глядя мне в глаза с нескрываемой улыбкой, что я даже не замечаю, как он нажимает на курок, и раздаётся оглушительный выстрел. Я визжу, отскакивая назад, путаюсь в платье и падаю на металлический пол, слыша глухие удары тела уже мёртвого священника о конструкции внизу.
– Ты с ума сошёл? Зачем ты убил его? – С ужасом шепчу я и моментально поворачиваю голову к Рафаэлю.
Он был готов к этому. Он знает Оскара намного дольше, чем я, и моё оцепенение полностью сбивает все мысли. Я безумно боюсь. Меня трясёт от страха, когда я осознаю, что так легко можно убить человека, лишив кого-то кормильца и сына. Это чудовищно!
– Милая, нам не нужны больше свидетели, – усмехаясь, Оскар кивает, и я взглядом ловлю какое-то движение сбоку. Рафаэль дёргается, скулит, а амбал надавливает на поршень шприца, наполненного той самой мутной жидкостью.
– Нет… нет… ты же обещал! Я сделала всё! Я всё сделала, что обещала! – Я даже кричать не могу, мой голос сипит и хрипит, когда пытаюсь ползти к Рафаэлю, упавшему у ног мужчины.
– Ничего, ему сейчас лучше, чем нам, – Оскар хватает меня за руку, пытаясь остановить. Но я брыкаюсь, дёргаюсь изо всех сил и стараюсь доползти до Рафаэля, стонущего и держащегося за руку. Он катается по полу, его тело изгибается, и я слышу крик, разрывающий всю мою душу. Нет…
А потом наступает тишина. Невероятная мёртвая тишина. Где-то вдалеке я слышу звук приближающихся вертолётов. Я смотрю на Рафаэля, замершего в скрюченной позе, и по моим щекам катятся слёзы. Всё было зря… всё… моя жизнь была зря…
– Скар…
– Да, так делаются дела в моём королевстве, – очередной выстрел, а я не двигаюсь. Амбал падает за пределы конструкции. Я смотрю на закатившего глаза Рафаэля.
– А теперь начнётся самое интересное. Знаешь, сначала я думал, что у нас с тобой всё получится. Но сейчас понимаю, ты слишком любишь его, а он слишком силён внутри. И даже этот наркотик его не сведёт с ума. А вот другое, убийство любимой, да! И это самое лучшее, что я мог придумать. Эль, как ты можешь? Я же люблю её! Остановись! – Кричит последние слова Оскар и хватает Рафаэля. Тянет за собой и усаживает его. Он вкладывает в его руку пистолет и наставляет на меня.