– То есть, в вашей третьей книге они снова встретятся? И при каких условиях? Что ваших героев ждёт дальше, когда героиня эгоистичная, самовлюблённая стерва? – Мира… чёртова любимая девчонка, усмехается, отставляя книгу, и складывает руки на груди.
– Они и не расставались. Я не знаю, как у остальных, но у меня, когда я расстался с любимой, моя жизнь остановилась. Я вроде бы и двигался, но это было бесполезным и пустым. Улыбаясь всем, внутри я спал. Очень долго спал, пока снова не увидел её. И я ожил. Я снова вернулся к той минуте, когда отпустил её руку. Мне нужна её рука в моей. И если бы героиня не была вот такой, какую вы описали, мисс, то герой никогда бы и не научился жить в настоящем мире, а не в выдуманном королевстве, о котором так мечтал. Она научила его видеть всё вокруг таким, какое оно есть. Уродливым. Порой приятным. Чёрствым. Ярким. Глубоким. Она научила его любить. Она научила его различать, что стоит страданий, а что нет. И она того стоит. Она стоит моря слёз и кровавых ран. Она стоит шрамов и синяков. Она стоит боли. А об условиях вы узнаете в моей книге, если прочтёте её, – склоняю голову, не веря своим глазам. Она здесь. Мира в Нью-Йорке. Или же я просто сошёл с ума, раз вижу её.
Нет, это она. Моё сердце ещё раньше почувствовало её.
– Я подумаю, – Мира пожимает плечами.
Улыбаюсь и качаю головой, а потом тихо смеюсь. Упрямая.
– А когда выйдет книга? Вы уже начали над ней работать?
Перевожу взгляд на задающего вопрос.
– Я не могу сказать точно. Буквально несколько минут назад я понятия не имел, о чём буду писать. Я просто хотел надеяться на лучшее. Но сегодня я начну работать. У меня снова появилось желание это делать. Следите за новостями, я буду делиться с вами, как проходит работа.
– Вы сказали, что у вас была любимая? Значит, вы не один?
– Она у меня не была. Она есть. И я перестал быть одиноким, когда встретил её впервые, – возвращаю свой взгляд на место, где стояла Мира. Её нет.
– А как вы бы сами охарактеризовали главного героя…
– Простите, мне нужно отойти. На минуту. Простите, – подскакиваю с места, напряжённо ища глазами Миру.
– Раф…
– Я сейчас. Это важно, – бросаю я Растре, видя, как его глаза недоумённо расширяются. Мне плевать. Она была здесь. Она ушла.
Я вылетаю из зала и спрашиваю посетителей магазина, не видели ли они девушку. Это глупо. Ищу её взглядом, пробегаясь по стеллажам, и замечаю тёмно-синее пальто на стенде рядом с выставленными на продажу моими книгами.
– Мира, – выдыхаю. Медленно подхожу к ней. Она закрывает книгу и ставит её обратно.
– Ты довольно популярен, – спокойно замечает она.
– Что ты здесь делаешь?
– Я мешаю?
– Нет… нет, конечно, нет. Ты живая, да? – Тянусь рукой к её лицу и касаюсь тёплой нежной кожи её щеки.
– Пока ещё, да. Я вот проходила мимо и заметила толпу девушек, визжащих от восторга из-за одного мужчины. Его зовут Рафаэль вроде бы, – Мира отходит от меня, и, чёрт бы её побрал, она флиртует. Сама выставила меня за дверь и флиртует со мной сейчас.
– Я собираюсь поужинать в ресторане авторской кухни, здесь недалеко за углом. В половине восьмого…
– Раф, – оборачиваюсь, видя, как за мной идёт Растре, сурово сдвинув брови.
– Нам надо поговорить. Останься, – прошу Миру, а она улыбается. Смотрит на меня и улыбается.
– Рафаэль, ты должен немедленно вернуться. Ты потеряешь внимание аудитории, – отчитывая меня, хватает и разворачивает к себе за локоть Растре.
– Я знаю, но минуту я могу получить, чтобы в туалет сходить? Ничего не случится, если я отлучусь на несколько минут. Я живой человек, – возмущённо вырываю свою руку.