– Стой. А где Рафаэль? Ты не идёшь на вечеринку? – Спрашиваю его.
– Нет, не иду. Они меня задолбали. Рафаэль пошёл в здание администрации распечатать какой-то доклад на понедельник, ему чем-то не угодил наш принтер, – ухмыляясь, произносит Белч.
– Скоро вернётся, увидишь его на вечеринке. Тем более Марджори осталась, она ему быстро поможет, – добавляет Белч. Это как холодный душ.
Никого доклада нет. Он пошёл к ней! Козёл!
Срываюсь с места и несусь к двери, на ходу хватая пальто с вешалки.
– Мира…
Нет… нет, я не позволю ему так поступить со мной. Я должна снова увидеть всё своими глазами. Я должна найти причину, чтобы не верить этим поцелуям и своим мыслям. Он не влюблён в неё. Рафаэль бы так глупо не попался. Он идеальный игрок… идеальный. А, может быть, и со мной тоже? Могу ли я быть уверена в том, что со мной он не играл? Если он так легко может демонстрировать полную заинтересованность в другой и спать с ней, то и со мной вполне мог провернуть всё так же непринуждённо. Чёрт, мне страшно. Я не могла быть такой дурой. Нет… нет…
Добегаю до здания администрации и, тяжело дыша, тихо вхожу внутрь. Поднимаюсь по лестнице и, прижимаясь к стене, незаметно прохожу в коридоре. Место Марджори пустует, значит, она с Рафаэлем уже в копировальной. В голову врываются воспоминания о том, что это не первый раз, когда они там встречаются. А сколько раз это происходило до того, как я узнала?
Подбираюсь ближе к копировальной, замечая, что дверь немного приоткрыта, и оттуда доносятся приглушённые голоса.
– Ты не можешь ходить сюда, Рафаэль.
– Почему? У меня есть предлог. Так почему я не могу навестить свою грязную, похотливую девочку, – зазывно шепчет он.
– Прекрати. Нас могут увидеть. Я и так отрабатываю последние дни. Рафаэль, – вряд ли она не хочет того, что делает с ней он. Она умоляет его об обратном… сука.
– Никого здесь нет. Никто не увидит. Тем более записи все подчистят. Тебя имели здесь? Трахали рядом с копировальным аппаратом или прямо на нём, а?
Кривлюсь от отвращения и сглатываю этот горький ком.
– Я обожаю, когда ты сосёшь мне. Твой рот – это мой рай. Давай, немного развлечёмся…
Я не могу слушать это. Не могу… с меня хватит.
Отскакиваю от двери, словно меня ударили по затылку. В голове шумит, желудок сжимается от позывов тошноты. Вылетаю на холодный воздух и прижимаюсь спиной к стене.
Сколько бы раз я ни убеждала себя в том, что это игра, но разве, когда играют, наслаждаются этим? Разве не ищут варианты обойти то, что тебе противно? Выходит, Рафаэлю она не так и противна. И она делала ему минет. Чёрт возьми! Он, правда, с ней спал и сейчас тоже это делает. Он трахает её практически на моих глазах и не стыдится ни капли. Это любовь? Она вот такой должна быть? Даже если принять во внимание все обстоятельства, то, неужели, именно через это унижение я должна пройти, и как ни в чём не бывало продолжать верить? Только вот мне уже не хочется этого делать. Моя надежда тает не по дням, а по часам. Насколько нужно упасть, чтобы позволять так с собой обращаться?
Чёрт, мне противно оттого, что я виновата в своём состоянии. Я привела себя к нему. Я верила в невозможное, тогда как Сиен сразу увидела правду. Мы потеряли всё, и ни о каких чувствах уже идти речи не может быть. Ведь играть – это одно, а идти сюда к Марджори, чтобы трахнуть её, когда это, по идее, совсем лишнее – уже настоящее желание Рафаэля. Что она сделала с ним? Что она делает с парнями? Почему она так нравится им? Чем?
Меня знобит от ужаса, навеянного подобными мыслями. Мне гадко. Мне больно. Мне нужно что-то такое, что позволило бы двигаться дальше. А я не могу. Стою и жду чуда. Только вот его не происходит. Минуты тянутся одна за другой. Проходит час. Целый час. А Рафаэль по-прежнему с ней. Неужели, не по собственному желанию, а потому что должен? Ложь. В том-то и дело, нельзя заставить человека спать с другим, если он этого не хочет. Физиология. Чёрт… я такая дура.
Замечаю, как двери раздвигаются, и Рафаэль выходит, поправляя куртку, и даже никаких распечаток не держит в руках. Вот он шанс… последний шанс для меня.
– Рафаэль, – зову его, а он словно не слышит. Направляется по дорожке в сторону домов.
Отталкиваюсь от стены и иду следом за ним. Мне приходится ускорить шаг, чтобы схватить его за руку и вот тогда остановить.
Он так близко. Не помню, когда он стоял так близко. Нет… тогда, в ту ночь. От него воняло так же, как и сейчас. Другой.
– Блять, ты меня задолбала. Что ты ходишь за мной? – Кривится он, поворачиваясь ко мне и вырывая свою руку из моей.
– Хватит за мной бегать, Мира. Когда ты уже поймёшь, что больше не интересуешь меня. Когда…