— Я — Эдмон Пикман. Я... — начал щёлкать пальцами, пытаясь вспомнить слово, — посланник Богов, или как вы это называете?
— Вы больше похожи на черта из табакерки.
Пикман гомерически рассмеялся, схватившись за живот, его телохранительницы всё это время стояли за спиной и пытались делать безучастный вид. Но всё же на их лицах то и дело проскальзывали улыбки — их шеф постоянно давал повод для веселья.
— Ой, Дэйви, лапочка моя, — наконец продолжил Пикман, — это самое лестное описание, которое я слышал на свой счёт.
— Вы знаете, кто я такой?
— Так, некоторые мелочи. Мы не особо следим за деревнями. Благо, что они очень самодостаточны. Но перейдём к делу, — голос Пикмана наполнился сахаром, он деликатно обошёл Дорманта и положил руку на плечо.
Пикман шёл в обнимку со своим новым знакомым по оранжевой линии, постепенно отдаляясь от лимузина и активно жестикулируя — его охранницы держались рядом, стараясь не привлекать к себе внимание, но Дормант чувствовал, что они внимательно следили за каждым его движением.
— Понимаешь, Дэйви, — продолжил говорить Пикман, — в последний раз такое случалось никогда. Система работала безупречно. И тут ты выкидываешь такую хохму! Я приятно удивлён, что жизнь ещё может преподносить мне сюрпризы!
— Разве в этом есть какая-то проблема?
Дормант воспринимал всё происходящее, как испытание Богов, которые проверяют его на честность — он просто должен принимать удары и держаться правды. И в конце концов, если Великие действительно уготовили ему смерть, то он собирался встретить её с поднятой головой.
— Ну, так, плохой прецедент, который задаёт вопрос к созданной системе… Понимаешь, в идеале, когда мы говорим вам идти на смерть, вы должны радоваться и прыгать в огонь. Такие вещи, как торг, вымогательство, или идеи о том, что “приз” можно продать другим, просто не приемлемы.
— Почему?
— Чем больше выбора в системе, тем больше рисков. Поэтому, по идеи, у вас вообще не должно быть никакого выбора и никаких вопросов. И ещё желательно, чтобы всё было добровольно — это сокращает расходы и упрощает контроль, — Пикман говорил эти ужасы со всей простой, словно Дорманта такой расклад вещей должен был только радовать.
— И это тоже часть великого замысла Богов?
— Под этим мы подразумеваем разные вещи, но да.
— И что вы же теперь намерены делать, мистер Пикман?
— Ой, Дэйви, зови меня просто Эдмон. Я всего лишь хочу прояснить ситуацию — как вообще могло получиться, что кто-то отказался от места в Раю?
— Ну кто-то же должен был оказаться необычным человеком.
— Ты кем себя возомнил? — Впервые его голос стал серьёзным.
Пикман и Дормант встали напротив друг друга, внимательно разглядывая каждую деталь в собеседнике. И Дэвид чувствовал, что за всем этим причудливым фасадом скрывалось что-то зловещее и коварное. Этот человек пытался выглядеть смешным, но его жилистые руки и шрамы от ранений на лице говорили об обратном. Пикман почесал гладковыбритый подбородок и наконец продолжил разговор.
— Почему ты решил отказаться, Дэйви? Неужели ты не веришь в Богов? — Снова стал несерьёзным.
— Честно говоря, верю. Меня учили этому всю жизнь. И поэтому ваше поведение вызывает множество вопросов. Вы ведёте себя так, словно они для вас ничего не значат, что вы можете не подчиняться их замыслу и творить что угодно.
— Считай, что это тоже часть великого плана — дать мне свободу действий, чтобы испытывать людей на прочность.
— Меня учили оказывать уважение перед старшими, но ваши манеры вызывают у меня недовольство.
— Извини, но ничего не могу поделать с самим собой. В первую очередь я верю в гонорар и только потом во всё остальное.
— Мне это слово не знакомо. Так вот, я хотел сказать, что у меня была вещь, которую я не хотел упускать из рук. Я чувствую, что не закончил свой путь в этой жизни.
— Ну ты загнул. Откуда в сельской общине возник такой мечтатель, как ты? Я скажу честно — мне не вериться. Может быть у тебя были более простые мотивы? Может ты хочешь впечатлить какую-нибудь девушку? Или у тебя на душе большой грех, и ты боишься приближаться к Богам? — Пикман ожидал увидеть хоть каплю страха и нервозности у оппонента, но получал лишь твёрдые ответы. Дэвиду нечего было скрывать — он просто говорил правду.
— Всю свою жизнь я наблюдал за этим городом с огромными зданиями, — указал рукой на горизонт, — я представлял, как там живут люди. Я пытался вглядеться в их жизнь и понял, что замысел Богов намного сложнее, чем простой сбор урожая и удовлетворение голода.