И вдруг Айла снова наклонилась ко мне, касаясь губами моих уже не просто поцелуй, а тихий, нежный зов, словно она говорила без слов: «Я здесь. Я с тобой».
Её руки осторожно обняли мою шею, и в этот момент я ощутил, как бьётся её сердце немного учащённо, но уверенно.
Всё внутри меня разрывалось между желанием защитить её от всего мира и желанием просто раствориться в этом чувстве, не думая ни о чём больше.
Этот поцелуй был ответом на все мои сомнения, на все страхи, которые копились годами.
Я прижал её к себе крепче, не позволяя отдалиться, будто боясь потерять то, что нашёл.
И в этот тихий, наполненный чувствами момент я понял: несмотря на весь хаос вокруг, несмотря на предательство и войну она стала моей опорой, моей семьёй, моим домом.
Боль в прошлом.
| Айла |
Мы отстраняемся медленно. Его лоб всё ещё касается моего. Тепло его рук будто держит меня в этом мире, не давая рухнуть в ту пустоту, в которой я жила всё это время.
— Мне страшно, — говорю я. Впервые. Тихо, почти шепотом.
Он не удивляется. Только сильнее сжимает мои пальцы.
— Мне тоже, — отвечает. — Но вместе не так страшно.
И я верю ему. На секунду. Пока за дверью снова не раздаётся чей-то крик.
Оливер резко встаёт, его рука всё ещё держит мою, и только потом отпускает, как будто не хочет, но должен.
— Идём. — Его голос спокоен, но внутри буря. — Нам нужно закончить начатое.
Мы поднимаемся наверх. Там уже ждут.
Смитовский шпион, пойманный во дворе. Один из тех, кто раньше работал с Дэниелом. Связь была очевидна.
Он стоит на коленях в зале, с разбитым лицом и сломанной рукой. Нортон держит его за шиворот, как мешок мусора.
— Этот пытался выбраться через тоннель, — говорит он, бросая тело на пол перед Итаном. — Говорит, что шёл по приказу от “того, кто ещё не закончил”.
Я подхожу ближе. Мэттью смотрит на меня, будто хочет что-то сказать, но сдерживается. Я уже не та Айла, которую они помнили.
— Кто приказал? — спрашиваю я.
Шпион молчит. Смотрит на меня, потом на Дэниела, которого всё ещё держат на стуле у стены.
И тут я всё понимаю. Они не просто работали вместе. Он не просто его предал. Он его продолжает прикрывать.
— Вы были в одной лодке, — говорю я. — Только ты тонешь первым.
Я поворачиваюсь к Нортону:
— В подвал. Без света. Без воды. Пусть подумает, прежде чем снова врать.
Он уводит его, и тишина снова опускается, как пыль после выстрела.
| Оливер |
Я смотрю на неё на ту, кем стала Айла и сердце ноет. Это не девочка, которую я когда-то пытался спасти. Это женщина, которая сама теперь спасает всех нас. Сталь в голосе, в глазах, в поступках.
И всё же… она держится на пределе. Я вижу это.
Позже, когда всё снова утихает, я нахожу её на балконе. Ветер играет её волосами. Внизу двор, в котором только что шла война. Здесь теперь тишина. Но внутри неё — ураган.
Я подхожу ближе, не касаясь.
— Всё изменилось, — говорю. — Мы все. Ты.
— Я не хотела меняться так, — отвечает она. — Но у меня не было выбора.
— Я знаю. — Пауза. — Но я рад, что ты осталась собой.
Она поворачивается. Её глаза снова встречают мои. Те же, что были в подвале. Те же, что были на снегу, в крови, в страхе. И всё же… теперь они другие.
— Ты и правда считаешь, что я собой осталась? — спрашивает она.
— Да, — отвечаю. — Потому что ты всё ещё та, кто спасает даже тех, кто этого не заслуживает.
Молчание. И снова тот взгляд. Прямо в душу.
— Тогда будь рядом, Оливер. Пока я всё это не закончила.
— Я не уйду, Айла. Никогда.
| Мэттью |
Ночь была тихой. Слишком тихой для того, что должно было произойти.
Мы шли за Айлой вглубь поместья — туда, где когда-то хранили оружие, а теперь стоял старый металлический контейнер, переделанный под камеру. Вокруг — снег и туман, фонари тускло моргали от мороза. Всё напоминало о смерти. Она была рядом.
Марсель шёл первым. Я — за ним. Оливер рядом с Айлой. Итан — замыкает. Все молчали. Даже Тревор не курил.
Дэниела вывели в наручниках. Он не сопротивлялся. Ни слова. Только взгляд — трусливый, влажный. Ему дали выбор — он выбрал огонь. Айла дала ему шанс говорить. Он молчал. Теперь будет кричать.
— Последнее слово? — спросил Итан, но это был не вопрос. Это был ритуал.
— Я хотел… Я правда думал, что делаю правильно, — выдохнул он.
— Мы все что-то думали, — бросает Марсель, — а ты — продал.
| Айла |
Когда он заговорил, я поняла поздно.
Слова больше ничего не меняют. Он выбрал свою сторону давно. А я выбрала сегодня.