Он шагнул ближе.
— Медленно. Не как меня. Они сожгут тебя заживо. Потому что ты — предательница. И твоя кровь теперь грязная.
Она держала оружие, но руки дрожали. Он знал. Всё знал. Что она делала. Где была. С кем выживала. Что прятала.
— Твоя семья, — прошипел он, — она узнает. Я расскажу им. О том, что ты сделала, чтобы жить. И они проклянут тебя. Плюнут тебе в лицо, прежде чем зажечь спичку.
Её сердце стучало в ушах.
Она пыталась дышать не получалось.
В груди будто сжалась пружина.
— Стреляй. Ну же. Или я сделаю это вместо тебя только словами. Они убьют тебя больнее, чем я когда-либо смог бы.
И она выстрелила.
Один. В грудь.
Он дернулся, как марионетка.
Второй. В плечо.
Он рассмеялся.
Третий.
Он упал на колени. Всё ещё говорил.
— Ты уже мертва, Айла. Просто не поняла этого. Ты одна. Никому не нужная. Отравленная. Сломанная.
Четвёртый выстрел в голову.
Тишина.
Она стояла, глядя на его тело. Пусто.
Как будто кто-то выдернул из неё всё человеческое.
Колени подкосились. Она опустилась рядом. Уперлась руками в пол. Пальцы в крови. Его крови. Или её?
Плечи затряслись. Не от плача. От ужаса.
Она не чувствовала ни вины. Ни гнева.
Только страх.Это был её конец.
| Конец воспоминаний |
| Марсель |
Айла снова молчит.
Смотрит на всех с тем взглядом, от которого в прошлом я бы гордился.
Теперь — боюсь. Впервые за всю жизнь. Потому что я не знаю, на чьей она стороне.
Я наблюдаю за ней и вижу не сестру, а загадку. Осколки прежней Айлы вроде бы здесь, но что-то другое поселилось в ней. Тьма, с которой она пришла — чужая. Не наша.
И впервые закрадывается мысль: а что, если она снова уйдёт?
Только на этот раз не просто исчезнет, а утащит за собой кого-то из нас.
Я помню тот день, будто он был вчера.
Воспоминание
Большой зал был пуст, как и её комната.
Там пахло пеплом, дождём и страхом.
Айлы не было.
Первым сорвался Оливер.
Разнёс полдома.
Сжёг бумаги, мебель, сигары Ноа. Всё, что попадалось под руку.
— «Она не могла просто уйти!» — кричал он.
Но именно это она и сделала.
Мэттью...
Я нашёл его в её комнате. Он лежал на полу, уткнувшись лицом в её подушку.
Ни слёз. Ничего. Только пустой взгляд.
Он не разговаривал несколько дней.
А потом начал заикаться впервые в жизни.
Итан замкнулся.
Он не задал ни одного вопроса.
Но каждую ночь стоял на балконе с чашкой кофе и сигаретой, хотя никогда не курил.
Он просто стоял. Ждал.
Она не вернулась.
А я...
Я ненавидел её.
Я проклинал каждый её след.
Каждую фотографию, которую не успели сжечь.
Потому что видел, что она сделала с нами.
С братьями. С семьёй. С домом.
Но ненавидел не потому, что она ушла.
А потому, что оставила нас без объяснений.
Теперь она снова здесь.
И снова молчит.
Как будто мы ничего не значим.
Как будто она снова держит наготове чемодан и план побега.
Я хочу поверить.
Честно.
Но когда я вижу, как Итан снова стал молчаливее, как Мэттью не смеётся, как Оливер ходит за ней, как будто потеряет, если отвернётся
Я начинаю бояться.
Что если она снова уйдёт?
Что если всё это — игра?
Что если я, как старший брат, снова не сумею уберечь их от боли?
Я должен знать правду.
Я должен знать, где она была эти десять лет.
И почему её глаза теперь такие пустые.
| Айла |
Холод резал лицо, но я не чувствовала боли.
Лишь пустоту, что зияла внутри, как зияет пропасть перед падением.
Я шла по пустой улице, на которую редко ступала нога друга, и вокруг всё было чужим и враждебным. Свет фонарей казался слишком тусклым, чтобы осветить мой путь как будто сам мир отказывался принимать меня обратно.
Ветер ворочал мои волосы, пытался сбить с ног, но я стояла. Без опоры. Без надежды. Без себя.
В голове звучали их слова — Итан, Марсель, Оливер... Их взгляды. Необъяснимые, холодные и полные вопросов, которых я не могла или не хотела ответить.
Я не была больше их сестрой. Не была той, кого они знали.
Я была призраком прошлого, обожжённой тенью, что возвращалась с пеплом внутри.
Вспомнился тот день. Склад, дым и кровь. Дэймон, его угрозы, его последние слова, которые врезались в меня, как удар молота.
Я убила его, но не смогла убить страх.
Не смогла убить себя.
Горечь от того, что я сделала, сжимала грудь. Сколько раз я пыталась вырваться из этой клетки боли? Сколько раз стояла на краю, смотрела вниз — но не могла отпустить.