Выбрать главу

Я молчу. Не потому что не хочу говорить. А потому что каждое её слово как удар по сердцу.

— Я не злилась, — продолжает она. — Я просто устала ждать.

— Я бы пришёл, если бы знал…

— А вот в этом и проблема, Оливер. Вы все не знали. Потому что никогда не спрашивали.

Её голос не злой. Он тихий. Сломанный.

— Я… — пытаюсь заговорить, но она перебивает.

— Ты единственный, кто пытался понять меня в последние дни. Кто смотрел на меня не как на тень прошлого, а как на живого человека. — Она поднимает глаза. — Почему?

Я смотрю в её лицо, в эти уставшие глаза, и отвечаю честно:

— Потому что я знаю, каково это — быть разорванным между тем, кто ты есть, и тем, кем ты должен быть.

— Ты не знаешь, Оливер. — Голос её дрожит. — У тебя была семья. У тебя была опора. А у меня… только одиночество. Никто из вас никогда не сможет понять меня.

Она встаёт. Смотрит в окно.

— Я ненавижу ту девочку, которой была. Слабую. Испуганную. Молчащую.

— А я люблю ту женщину, которой ты стала. Сильную. Спасающую других, даже если сама раненая.

Она оборачивается.

— Ты не должен был меня любить.

— Но я полюбил, — говорю. — Без условий.Даже когда ты ушла. Даже когда ты врала. Я всё равно знал это не конец.

Айла медленно подходит.

— А если я скажу, что снова уйду?

— Тогда я пойду с тобой.

Молчание. Потом дрожащий вздох.

Она кладёт ладонь мне на грудь. Я накрываю её своей рукой.

— Обними меня, Оливер, — просит она, еле слышно. — Только не как друг. А как тот, кто не отпустит.

Я обнимаю. С силой. Медленно. Без слов.

Она зарывается в моё плечо. Я чувствую, как её слёзы проходят сквозь рубашку.

— Прости, — шепчет она. — Я так устала быть сильной.

— Тогда будь собой. Я выдержу всё, Айла. Для тебя всё.

- Обещай,что не бросишь меня..

Я тяжело выдыхаю.Неужели она не понимает,что я готов быть с ней всю жизнь?Если понадобится я готов умереть за неё..

- Обещаю.А ты обещай,что не уйдёшь снова.

Она подняла голову и взглянула мне в глаза.Я нахмурился,она же не собирается уходить верно?..

Она улыбнулась и поцеловала меня.Я не ожидал этого поэтому ответил не сразу.Чёрт я схожу с ума от этой женщины.Я хочу всю её.Айла отстранилась и прошептала:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Обещаю..

Они все ушли, но я не двинулся с места.

Пальцы сжаты в кулак, ногти впиваются в ладони — и мне этого мало. Хочется сорвать с себя кожу. Хочется крикнуть. Хочется разбить что-то до крови.

Я не защитил свою дочь.

Я не узнал. Не почувствовал. Не поверил.

А ведь должен был.

Я — Итан Эйнсворт. Старший. Глава семьи. Муж. Отец.

Я следил за дисциплиной, за порядком, за холодной справедливостью, но не заметил, как погибала моя дочь прямо под моим носом.

Марсель рассказал. Всё.

И с каждой его фразой я будто падал ниже земли. И сейчас мне некуда идти. Я не могу смотреть в глаза Айле.

Но есть одна, перед кем я тоже виноват. Перед кем тоже сломал жизнь.

| Комната Мии |

Я медленно открыл дверь. Она была в кресле. Всё такая же красивая, даже несмотря на годы.

Холодная. Неприступная. Острая, как лезвие.

Мия.

— Ты чего-то хотел? — холод в её голосе не удивляет.

— Я...

Что-то застряло в горле.

— Я думал, ты всё ещё сердишься, — добавляю глупо.

— Я не сержусь, Итан. Я просто разочаровалась. Ты так и не стал тем, кем должен был быть.

Я опускаю глаза. Подхожу ближе.

И впервые за много лет опускаюсь на колени рядом с ней.

Потом, медленно, кладу голову ей на колени.

Она вздрагивает.

— Ты пьян?

— Нет. — голос мой хриплый. — Я просто… я больше не могу.

— Что случилось?

Я закрываю глаза. Тишина длится секунду. Десять. Потом:

— Мия..Тогда, десять лет назад. Она не предавала нас, Мия. Она спасала. Сама. Боясь. В одиночку. А я...Чёрт..Этот ублюдок Смит.. прикоснулся к ней.

Слова разрывают меня. Я не говорю о деталях, но она понимает. Я слышу, как её дыхание сбивается. Как напрягаются пальцы. Как сердце бьётся под моим ухом.

— Он… сделал это с ней?

Я киваю. Тихо. Почти незаметно.

— Боже… — Мия выдыхает. — Боже.

И впервые за всё время я чувствую, как она кладёт руку мне в волосы. Нежно. Не как жена. Как мать, потерявшая чувство почвы.

— Мы сломали её, Итан. Мы осудили её, не спросив.

— Я — виноват, — прошептал я. — Я. Я же глава семьи. Я отец. Я должен был узнать, защитить, спасти.