Его губы слегка изгибаются в уголках. Мое нутро сжимается.
Ненавидит непунктуальность, склонен к перепадам настроения, очень ворчливый, сварливый нрав? Конечно, временный генеральный директор — Ноэль. И через неделю, когда сюда приедет Лейси Кейн, у нас больше не будет роскоши таких игр в этом кабинете.
А значит, мы наслаждаемся этим сейчас по полной.
— Вы можете начать с того, что повернетесь, нагнетесь через этот гребаный стол и задерете свою проклятую юбку.
Я притворяюсь шокированной.
— Сэр, это крайне неуместно...
— Я буду считать про себя. И если я досчитаю до пяти, не увидев твою голую задницу, склоненную для меня над этим столом, я обещаю тебе, у тебя появится новое определение слова «неуместно».
Я сдерживаю всхлип, когда жар заливает мое нутро. Дрожа и сбивчиво дыша, я отворачиваюсь от него. Наши глаза встречаются всего на секунду, желание вспыхивает между нами, когда я поворачиваюсь и нагибаюсь над его столом. Я завожу руку назад и медленно задираю юбку на свою задницу.
Я не лгала. Под ней ничего нет.
— Хорошая девочка.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, когда ладонь сильно опускается на мою подставленную задницу. Я взвизгиваю, мгновенно всхлипывая и тая в жаре, разливающемся по мне.
— Вы опоздали на десять минут.
Я сглатываю, мое тело пульсирует от желания. Я взвизгиваю, когда его ладонь шлепает мою задницу во второй раз.
— Это было два. Начинай считать.
Его ладонь снова ударяет, заставляя меня таять от жара, когда я стону в сгиб руки.
— Три.
Четыре и пять приходят быстро. Шесть затянуто, и семь тоже. Восемь заставляет меня ахать и сжимать ноги. Девять я едва выдавливаю. К десяти я уже изнываю от желания, чтобы он трахнул меня.
Но когда я внезапно чувствую горячее дыхание на своем бедре, а затем его большие руки сжимают мою задницу, раздвигая меня, я плавлюсь на столе.
— О БЛЯ...
Я вскрикиваю, когда его язык скользит по моей мокрой киске. Он рычит, погружая язык глубоко в мою щель, когда я скручиваю пальцы ног и толкаюсь назад навстречу ему. Я кричу на его столе, благословляя сверх меры, что стены и дверь этого кабинета достаточно толстые, чтобы заглушить звук.
Его язык погружается в меня, скользя вверх и вниз по моим губам, пока он не всасывает мой клитор между своими губами. Я таю, воркую от удовольствия, когда он сосет, перекатывая свой язык по моему бугорку. Моя спина выгибается, мое лицо искажается в удовольствии, когда он извлекает его из моего тела.
Я так близко... так близко, что чувствую, как начинаю взрываться и распускаться для него.
Что, конечно же, происходит именно в тот момент, когда он отстраняется от меня. Я стону в знак протеста.
— О, ты ублюдок — о блядь!
Одним плавным движением он оказывается позади меня и погружает свой толстый член в мою нуждающуюся киску. Я даже не слышала, как он расстегивался или что-то еще, но как только он входит в меня, всё, что я знаю, — это он, его член и его полный контроль над моим удовольствием.
Ноэль стонет, его большие руки сжимают мои бедра, когда он врезается в меня, зарывая каждый дюйм этого великолепного члена глубоко внутри меня. Я жадно стону, вцепляясь в стол и тяжело дыша над ним, когда он входит в меня и выходит мощными, глубокими толчками.
— Я беспокоюсь, что это создаст для тебя плохой прецедент в отношении опозданий, — хмыкает он, погружаясь на всю длину, до яиц, внутрь меня.
Мои глаза закатываются, рот открывается, когда удовольствие гудит глубоко в моем нутре.
— Хорошо, что у меня не будет стимула опаздывать, когда тебя здесь больше не будет, — всхлипываю я, задыхаясь, когда его руки сжимаются, а нижняя сторона его члена скользит по моему клитору.
— Хочешь сказать, что опаздывала почти каждый день на этой неделе нарочно?
Я закусываю губу, волны удовольствия накатывают на меня и топят в желании.
— А если нарочно? — задыхаюсь я.
Его ответ не словесный. Он просто начинает трахать меня жестко. Я кричу, мои бедра ударяются о край стола, когда его идеальный член вколачивается в меня снова и снова.
Он шлепает меня ладонью по заднице, и я задыхаюсь от удовольствия, пульсирующего сквозь меня, когда он тянется вверх, чтобы схватить меня за волосы. Он тянет за них, поднимая мою голову со стола. Я чувствую, как его мускулистое тело наклоняется над моим, прижимая меня к столу с каждым толчком. Его губы скользят по моему уху, пока я всхлипываю, умоляя о большем.
— Я хочу, чтобы эта киска кончила для меня, — темно хрипит он. — Я хочу, чтобы ты выжала сперму из моих яиц, как жадная девочка, которой ты, как я знаю, являешься, малыш.