— О боже, — стону я, практически пуская слюни на машину, пока ощущения громыхают через меня.
— Так... так полна...
Ноэль начинает неглубоко трахать мою задницу пробкой, пока его член погружается в мою киску. Мои глаза закатываются, мои руки оставляют полосы на капоте, когда я цепляюсь за нее изо всех сил. Он снова тянет пробку, и на этот раз я глубоко стону, когда он действительно вытаскивает ее из меня.
Что-то мокрое, теплое и липкое капает на мою задницу.
О боже...
Я поворачиваю голову, мой рот открыт, когда я смотрю, как он медленно вытаскивает свой блестящий, выпирающий член из моей киски. Он капает смазку на него, отбрасывая бутылку в сторону, когда ласкает свой набухший член. Его глаза встречаются с моими, посылая заряд желания глубоко в мое нутро.
— Ты моя, Элла, — густо рычит он. — Вся ты.
Я хнычу, сильно закусывая губу, когда мои глаза опускаются на его огромный член.
— Скажи мне, что хочешь этого, — бормочет он.
Он проводит пальцем вверх и вниз по моей киске, заставляя меня дрожать.
— Скажи мне, что хочешь, чтобы я обладал тобой полностью. Чтобы отметил всю тебя как мою.
Он толкает набухшую головку своего члена прямо в мою маленькую дырочку. Запретное удовольствие покалывает тело, излучаясь оттуда, где мы соприкасаемся, и заставляя мои ноги дрожать.
И я хочу.
Я хочу этого.
В этом есть что-то такое чертовски неправильное и такое первобытное — он полностью завладевает мной, обладая мной всеми возможными способами.
Чувствуя его толстый член везде.
Моя кожа покрывается мурашками, грызущий, ноющий жар пульсирует между моими ногами от того, что мне до сих пор не дали разрядку, которой дразнили меня всю ночь. Мои соски твердеют до острых точек о холодный металл подо мной.
Его пальцы лениво гладят мою киску, а его член пульсирует едва сдерживаемой потребностью прямо у моей задницы.
— Да.
Слово вырывается из моих дрожащих губ.
— Громче.
Я стону, отчаянно желая его сейчас.
— Да! Я хочу тебя...
— Где.
Я таю.
— Везде.
Он наклоняется надо мной, хватая мои волосы в кулак. Он поворачивает мою голову, прижимая свои губы к моим. Я вскрикиваю, глубоко постанывая в его рот, когда чувствую, как его толстая головка начинает давить на кольцо моей задницы.
Ноэль глотает мои стоны, его рука гладит мои бедра и поясницу, когда он медленно добавляет давление. Он такой большой, но я чувствую, как я медленно открываюсь для него — из-за пробки, из-за смазки.
Благодаря желанию, чтобы он трахнул меня туда каждым фибром моего существа. Благодаря желанию, чтобы он обладал каждой гребаной частью меня.
Головка погружается в меня, и мое дыхание перехватывает. Мое тело выгибается, щека прижимается к капоту, когда он отстраняется, чтобы укусить мое плечо. Глянцевый металл запотевает из-за моего дыхания, мои пальцы ног поджимаются в туфлях на каблуках, когда большой член Ноэля медленно разрывает меня надвое.
Он погружается глубже в мой жар, издавая низкий стон удовольствия, рокочущий в горле. Он идет глубже и глубже — не причиняя мне боли, но и не сбавляя напора. Ощущение того, как он абсолютно заполняет меня и заявляет на меня права вот так, заставляет мое тело гудеть от электрической потребности. И когда его рука скользит между моих ног, я вскрикиваю.
Ноэль рычит, толкая свой член все глубже и глубже, когда начинает тереть мой клитор. Такое чувство, будто его член продолжается вечно, будто у меня никогда не будет всего его внутри. Но затем, внезапно, я чувствую его пресс у своей задницы.
— Хорошая. Блядь. Девочка, — густо стонет он.
Мои глаза закатываются, когда его большой палец начинает катать мой клитор. Его бедра сжимаются, отстраняясь, когда он скользко выходит из меня. Затем он входит обратно, наполняя меня так сильно, что я клянусь, чувствую его в горле.
— Трахни меня! — хнычу я, жалобно и отчаянно желая его.
Он рычит, входя в меня сильнее и немного быстрее. Ощущение ошеломляющее. Это боль, смешанная с ошеломляющим удовольствием. Абсолютное подчинение. Уступка запретному.
И это заставит меня кончить.
Он держал меня на грани часами. Он доводил меня так близко своим ртом, своими пальцами, своим членом. Он окунул меня в масло, держа спичку вне досягаемости.
И теперь я собираюсь кончить сильнее, чем когда-либо прежде, согнутая на капоте миллионной машины, с каждым дюймом большого члена Ноэля глубоко в моей заднице.