Мои глаза просматривают документы, открытые на экране передо мной. Завтра моя большая презентация в «Charm, Ink» перед Джейкобом и его командой. И презентация должна быть безупречной. Я имею в виду, да, он сказал мне недвусмысленно, что работа моя. О чем страшно волнующе думать.
Но я все равно хочу, чтобы завтра все были в восторге. Я хочу, чтобы все, кто увидит эту презентацию, знали без сомнения, что я лучший кандидат на эту работу. И не потому, что мне ее отдают из-за того, что мой отец и отец Джейкоба знали друг друга.
Я откидываюсь, самодовольно еще раз прочитав последний слайд.
Дверь спальни резко открывается, заставляя меня подпрыгнуть, когда я поднимаю взгляд и вижу шагающего внутрь Ноэля.
Голого.
Я краснею, мои глаза расширяются, когда они падают на его член. Я имею в виду, какого черта, мужчина даже не возбужден, а он уже... большой.
Его взгляд встречается с моим, и самодовольная усмешка кривит его губы.
— Мои глаза здесь, наверху, Элла. Леди не должна пялиться.
Я закатываю глаза.
— Есть причина, по которой ты голый?
Он хмурится.
— Потому что это мой дом?
— То есть ты был бы не против, если бы я расхаживала в чем мать родила?
Твердый скрежет его челюсти и ядовитый блеск в глазах — именно тот ответ, которого я ожидала.
— Было бы неприятно убивать Лиама и Кевина, — рявкает он.
Я краснею, снова закатывая глаза.
— Я был в спортзале. Все ушли на сегодня, — рявкает он, двигаясь ко мне. Я краснею, закусывая губу и определенно проигрывая битву за то, чтобы держать глаза выше его талии.
— Над чем ты работаешь?
Я прочищаю горло и свой грязный разум.
— Над презентацией на завтра.
Его брови хмурятся, когда он садится на край кровати рядом со мной.
— Можно?
— Конечно?
Я поворачиваю к нему ноутбук, внезапно наполняясь сомнениями по поводу того, что позволяю мужчине, который по сути полубог финансов и бизнеса, смотреть на мою деловую презентацию. Я тяжело сглатываю, мои глаза отчаянно пытаются прочитать его, пока он просматривает слайды.
Пока наконец он не хмурится и не откидывается. Мое дыхание замирает в ожидании критики. Не потому, что он пытается быть жестоким, а потому, что я сомневаюсь, что он не раскритикует это, просто по привычке.
— Это очень хорошо.
Я моргаю.
— Подожди, что?
Он медленно кивает, лоб нахмурен.
— Я имею в виду... это очень хорошо.
— Ну, не выгляди таким удивленным.
Он усмехается.
— Я не слишком удивлен, — ухмыляется он. — Я просто впечатлен.
Мое сердце парит.
— Спасибо, — бормочу я.
— У тебя это хорошо получится. Они будут дураками, если не ухватятся за тебя.
Я пожимаю плечами.
— Я имею в виду, думаю, у меня и так есть эта работа.
— Не помешает уйти с работой и их уважением.
Я улыбаюсь.
— Я тоже об этом думала.
— О, Лиам завтра поедет с тобой, кстати.
Он встает с кровати и поворачивается к своей гардеробной.
— Э-э, нет? — хмурюсь я. — Нет, не поедет.
Ноэль замирает, поворачиваясь, чтобы сузить на мне взгляд.
— Это не обсуждается...
— Он не поедет, Ноэль, — цежу я сквозь зубы. — Я не пойду туда с твоим приспешником, висящим у меня над плечом.
Он закатывает глаза.
— Это немного драматично, не находишь?
— Нет, не драматично, — рявкаю я. — Ноэль, мне нужно войти туда самой. Мне нужно доказать, на что я способна, без напоминания о том, кто меня «поддерживает», если можно так выразиться.
Его брови хмурятся.
— Я понимаю, что Джейкоб — не его отец. Но так как я ни капли не доверяю его отцу, я пошлю Лиама для твоей защиты.
Я качаю головой, закрывая ноутбук.
— Этого не случится, — бормочу я. — Слушай, я уже начинаю эту гонку на полмили позади стартовой линии.
То, как мои глаза сужаются на нем, передает то, чего я не говорю. Ноэль вздыхает, поворачиваясь, чтобы запустить пальцы в свои темные волосы, прежде чем снова повернуться ко мне.
— Я был неправ, поставив тебя в это положение, Элла.
Остановите гребаную землю. Ноэль Рэнсом только что извинился?
Он усмехается выражению моего лица.
— Не позволяй этому ударить тебе в голову.
Усмешка исчезает, когда он хмурится.
— Но ты права. Ты в невыгодном положении из-за того, как я с тобой обращался все эти четыре года.
Я сжимаю губы.
— Я имею в виду, я действительно ударила тебя ножом.
— Ударила.
Мои глаза снова проигрывают войну, опускаясь к его члену, прежде чем скользнуть обратно к его глазам.