Здесь сказано, что Ноэль Рэнсом убил мою мать.
Страницы падают из моих рук, когда я отшатываюсь назад.
— Элла...
— Держись от меня подальше, — выдавливаю я.
Бровь Оливера хмурится.
— Элла, мне нужно, чтобы ты помогла мне...
— Держись от меня подальше! — кричу я. — Держись подальше! Держись подальше!
Я продолжаю кричать, мое горло становится хриплым, а зрение плывет. Черная дверь «Туфельки» распахивается, и вдруг какая-то фигура проносится мимо меня, размахивая битой для крикета у головы Оливера.
Гарри.
Оливер шипит, едва уклоняясь от удара, и отпрыгивает к своей машине.
— Сумасшедшая сука! — кричит он.
— Убирайся отсюда, блядь! — ревет она на него, надвигаясь с поднятой битой.
Оливер бросает взгляд на меня, но я почти не замечаю этого. Я едва могу стоять или видеть прямо, цепляясь за кирпичную стену и втягивая воздух.
— Три! — шипит Гарри. — Два!
— Ладно! Ладно! Элла, просто...
— Один!
Оливер юркает в свою машину, захлопывая дверь как раз перед тем, как Гарри оставляет огромную вмятину на его крыше. «Роллс-Ройс» с ревом уносится прочь, а она разворачивается и немедленно бросается ко мне.
— Господи, Эл!
— Я в порядке! — выпаливаю я, дрожа всем телом. Вижу почти все в двойном изображении.
— Я в порядке, я в порядке, — лгу я.
— Какого хера это было?
— Ничего, — холодно выпаливаю я. — Ничего. Просто очередная херня.
Я наклоняюсь, выхватывая двухстраничное заключение из упавшей на землю папки. Я сминаю их и засовываю в сумку.
Гарри хмурится на меня.
— Все в порядке?
— Нормально, — выпаливаю я, натягивая на лицо фальшивую улыбку.
— Никогда не бывает скучно, да?
Я задыхаюсь, когда она бросается обнять меня покрепче.
— Боже, как я скучала по тебе.
Я сжимаю ее крепко, словно цепляясь за жизнь.
Гарри смеется. — Ну, пошли. Забудь об этом гребаном уроде Принце и пойдем выпьем со мной виски.
Я киваю, в голове мутится, онемевшая и слепо следую за ней внутрь. Гарри болтает без умолку, думая, что просто помешала Оливеру снова провернуть какой-то политический трюк через меня, как раньше.
Она не знает, что меня только что рассекло пополам.
Она не знает, что я истекаю кровью, пока плетусь за ней в бар.
Глава 27
Элла
Я хочу стряхнуть это с себя. Я хочу смотреть в зеркало и знать, без сомнений, что это ложь. Что это очередной яд Оливера Принца, предательски проникающий под мою кожу.
Но когда я сворачиваю в служебную уборную и смотрю в зеркало... я не вижу той уверенности, которую ищу.
Я вижу страх.
Я вижу сомнение.
Я вижу правду, которую так долго пыталась похоронить и игнорировать.
Я дрожу, доставая из сумки скомканные страницы — распечатку медицинского осмотра. К горлу подступает комок, пульс медленно и тяжело пульсирует в венах.
Это осмотр частного врача у Ноэля, датированный той самой ночью — или, вернее, ранним утром после пожара. В нем перечислены ожоги и рубцы. В нем перечислено вдыхание дыма и возможные долгосрочные последствия от вдыхания химических агентов.
От этого меня тошнит.
Я смотрю на него дрожащими руками, так сильно желая увидеть, что это подделка — фотошоп или что-то в этом роде. Я даже гуглю доктора Хафи, указанного в заключении, надеясь, что поиск не даст результатов.
Конечно же, он дает результаты. Он известный врач общей практики для элиты. На его сайте есть фотография, где он улыбается рядом с герцогиней Кембриджской, ради всего святого.
Я дрожу. Неудержимая дрожь, сотрясающая меня до глубины души. Я зажмуриваюсь, сжимая края раковины, пытаясь собраться и сосредоточиться. Но не могу.
Это не ярость. Это не онемение. Это какая-то преследующая пустота.
Я засовываю бумаги обратно в сумку, брызгаю водой в лицо и медленно делаю глубокий вдох.
Мне нужны ответы. Не от Оливера, потому что каким бы милым ни был этот спектакль, он — гадюка. У него свои цели и задачи. И не от Ноэля, потому что...
Потому что сейчас я даже не могу позволить своим мыслям думать о нем.
Это два титана, запертые в яростной битве, а я застряла между ними, принимая на себя побочный ущерб с обеих сторон. Что мне нужно, так это...
Я моргаю. Моя рука снова скользит в сумку, доставая телефон. Я все еще дрожу, пролистывая свои фотографии, не обращая внимания на те, что сделаны во Франции, где мы с Ноэлем. Наконец я нахожу то, что искала.
Снимок фотографии.
А именно — ту, что висит в углу кабинета Ноэля, с «Королями и злодеями». Я сглатываю, когда мой взгляд скользит по молодым лицам людей, которые теперь правят железной рукой и не знают последствий.