— Вы достойный продолжатель традиций вашего народа, — ответил Поль мрачно, — вы, люди с оружием в руках, привыкли опустошать любые страны и планеты, на которые попадаете.
— О, боюсь, эти старые ужасные времена остались в далеком прошлом, ваше императорское величество, — сказал лорд Корефф. — Но, конечно, мы неплохо постранствовали по Галактике. Кстати, я припоминаю, как читал где-то, что наши собратья с Морглеса и Фламбержа даже оккупировали Адитью в течение пары веков. Хотя, глядя на Адитью сейчас, трудно об этом догадаться.
Теперь наступила очередь первого гражданина Ягго воспользоваться правом первенства — сесть справа от императорского кресла. Лорд Корефф устроился слева от Ранульфа. Чтобы уравновесить эту компанию, князь Ганзи расположился позади Ягго и, исполненный сознания долга, начал расспрашивать главного общественного управляющего о структуре его правительства. Такие расспросы заставили Ягго начать монолог, обещающий затянуться по крайней мере на ползавтрака. После этого Полю пришлось завязать беседу с королем Дюрандаля. Для начала он похвалил серебристое трико.
Король Ранульф засмеялся нежным голоском, отряхнул кончиками пальцев пылинки с одежды и сказал, что это самая простая одежда, изготовленная по образцу костюмов крестьян Дюрандаля.
— На Дюрандале есть крестьяне?
— О, милейший, есть. Такие приятные, очаровательные люди. Конечно, все они бедны, носят такую смешную порванную одежду и ездят в шумных старых аэромобилях — удивительно, как те не разваливаются на части. Но эти крестьяне так восхитительно счастливы. Я часто мечтаю стать крестьянином. Мне так надоело быть королем.
— Речь идет о классе неработающих, ваше императорское величество, — объяснил лорд Корефф.
— На Адитье, — провозгласил первый гражданин Ягго, — нет классов, и на Адитье все работают. По принципу «от каждого по способностям — каждому по потребностям».
— На Адитье, — сказал своему соседу старший советник, сидящий через четыре кресла справа, — классы называют не классами, а социологическими категориями, и таких категорий девятнадцать. К тому же на Адитье нет слова «неработающий», таких людей называют профессиональными резервистами, и там их гораздо больше, чем у нас, в Асгарде.
— Но, конечно, я рожден королем, — произнес Ранульф печально и с достоинством. — И должен исполнять свой долг перед своим народом.
— Нет, они вообще не голосуют, — говорил лорд Корефф советнику, сидящему слева. — На Дюрандале надо сначала заплатить налоги, а потом уже голосовать.
— На Адитье не существует такого преступления, как налогообложение, — сообщил первый гражданин премьер-министру.
— На Адитье, — сказал своему соседу советник, сидящий через четыре кресла, — даже нечего облагать налогами. Вся собственность принадлежит государству, и если бы позволили имперская конституция и космический флот, государство взяло бы в собственность всех людей. Не говорите мне об Адитье. Первый большой корабль, которым я командовал, старый «инвиктус-374», простоял на Адитье четыре часа, и я бы с большим удовольствием провел это время на орбите Ниффльхейма.
Поль наконец-то вспомнил, кто это такой. Старый адмирал, а теперь советник князя Геклар. Он прекрасно поладит с советником Дорфли.
— Ничего подобного, — отвечал лорд обер-церемониймейстер на чьи-то возражения. — Мы придерживаемся мнения, что каждое гражданское или политическое право предполагает гражданские или политические обязанности. Гражданин имеет право на защиту королевством, например. А потому у него есть обязанность защищать королевство. А право гражданина быть избранным в правительство королевства подразумевает обязательство поддерживать королевство финансами. Но мы облагаем налогами только собственность, и если неработающий приобретает облагаемую налогами собственность, он должен устроиться на работу, чтобы заработать на налоги. Должен добавить, что наши неработающие чрезвычайно осторожны и стараются избегать приобретения облагаемой налогами собственности.
— Но если у них нет избирательных голосов для продажи, на что они живут? — недоуменно спросил советник.
— Неработающих поддерживают дворянство, землевладельцы, торговые бароны, лорды-промышленники. Чем больше у них приверженцев — тем выше престиж. И тем больше стрелков они наберут на случай ссоры со своими друзьями-аристократами. Кроме того, если дворянство перестанет помогать неработающим, те превратятся в разбойников. Гораздо проще поддерживать неработающих, чем вылавливать их потом в кустах и вешать.