– Если честно, малыш, я даже не помню тебя, а уж тем более твою семью, – тихо произнес Константин, склонившись над его ухом.
Холодное лезвие быстро покинуло грудь Мартина и снова вошло обратно. Он пошатнулся, но Константин крепко держал его за шиворот туники. Какое-то время Мартин еще смотрел на Константина глазами, по-прежнему полными ярости, склонив голову на бок, хмуря брови и тяжело моргая, но вскоре его сознание затянуло дымкой, и вот уже перед ним был не Константин, а его мать, преисполненная гордости и сожаления.
– Мартин, сынок, – от нее исходила теплота, которую он уже давно ни от кого не чувствовал. – Я горжусь тобой и люблю тебя, помни это. Помни это всегда.
– Мартин, и мы тебя любим.
Звонкий девчачий хор сестер пронзил его слух. Он увидел, как они радостно подбежали к матери и обняли ее, а Ливия протянула ему руку, еле заметно разведя кончики губ в нежную улыбку.
Сталь снова вошла в тело. Мартин тяжело выдохнул и упал на спину.
– Готов?
– А ты думаешь, после такого можно выжить?! А, Хромоножка?! – Константин склонился над телом и на всякий случай пощупал артерию на шее. – Мертвее не бывает, – он вытер клинок о тунику убитого. – Давайте, спрячьте тело, да поживее!
Гай и Герман быстро оттащили труп в сторону и скрылись с ним в кустах под хруст веток.
– Хорошая работа, Константин.
– Работа? Я думал, ты предупредил меня по старой дружбе. Или я ошибаюсь, Александр?
Человек приятной внешности сидел на лавочке чуть в стороне от места злодеяния.
– Конечно, предупредил. Разве я могу предать друга? Разве я хоть раз подводил тебя? Если бы не я, то он бы сотворил с вами такое, что тебе и во сне не приснится!
– Спасибо! Ты ведь знаешь, что многие хотят моей смерти. Так сказать, отголоски прошлой службы.
– Да, я это знаю. И все потому, что ты выполнял свою работу более чем достойно.
– Да, я любил свою работу.
– Ты любил не работу, а то, что она позволяла тебе делать с должниками. Не стоит лгать самому себе.
– На что ты намекаешь, Александр?
– Ты обязан мне, Константин. Просто не забывай об этом и пока молчи обо всем, что случилось, – Александр поднялся с лавочки и не спеша удалился.
– Да кто вспомнит об этом никчемном человеке?! Простолюдина даже и искать не станут! Или я ошибаюсь, Александр, и это не простолюдин?! Кто он, мать твою?! Кого я убил?! – проорал Константин вслед уходящему Александру, но тот скрылся за поворотом, не проронив ни слова.
Глава XXXI
ВЗРОСЛЕНИЕ МАРКУСА
– Константин, ты – идиот! Ты хоть понимаешь, что сотворил?! – лицо Антония покрылось багровыми пятнами.
– Да откуда я мог знать?! Он был в тунике простолюдина, замызганный, грязный, вообще не похожий на аристократа! – возразил Константин и тут же получил оплеуху.
– Заткнись! Заткнись, придурок! Не открывай своего поганого рта! Я предупреждал тебя, чтобы ты оставил свои прошлые замашки! Торговые дела так не делаются! Я хотел заключить договор, который обеспечил бы нас деньгами до конца жизни! А теперь наша жизнь кончена благодаря тебе, идиот!
– Я не знал, еще раз говорю! Если бы я его не порешил, он бы нас…
– Да лучше бы он вас! Все, это конец.
Антоний схватился за голову и, тряся ею, заходил взад и вперед. Этот день был худшим в его жизни. Час назад он узнал от преданного человека о том, что по Риму поползли ужасные слухи: говорили, якобы его люди зарезали Мартина – друга Луция Корнелия Августа, самого страшного человека из живущих на этой планете. Человека, который обладает огромной властью и исключительной силой и которому император полностью доверят. И самое страшное, что эти слухи оказались чистой правдой. Когда Антоний спросил – нет, даже не спросил, а просто упомянул – об убийстве, эти придурки начали наперебой рассказывать о произошедшем с гордостью и бахвальством.
– О, боги! – Антоний взвыл, будто волчица, которая пришла к логову и обнаружила своих щенков мертвыми.
Он в полной мере осознал, что стряслось, а эти идиоты – он окинул их презрительным взглядом – стояли и не понимали, что натворили, не понимали, что они и сами уже, по сути, мертвы.
– Может, все обойдется?! Нас ведь никто не видел, – Герман пожал плечами, как нашкодивший ребенок.
– Обойдется? Обойдется?! О, великий Юпитер, зачем я связался с этими тупицами?! Ты хоть понимаешь, что у него сотни доносчиков и шпионов?! Слухи ползут по Риму! Слухи о том, что мои люди причастны к этому убийству! Понимаешь?! Мои люди! А значит, и я сам! Если есть слухи, значит, вас кто-то видел! А если знают двое, знает и свинья! Единственное, чего я не понимаю, так это почему мы еще до сих пор живы!