Я закусила уголок нижней губы, нахмурившись.
– Мне не нравится идея быть содержанкой, – призналась я. – Ужасное название.
– Серьезно, не парься, – расслабленно посоветовала Рина. – Думай о том, что даже когда вы с Коулом расстанетесь, ты не останешься без ничего. Он же сам сказал, что поможет тебе с бизнесом, если захочешь, – напомнила она.
Не то, чтобы я об этом забыла. Разве это так плохо – получить что-то свое собственное, что сделает меня финансово независимой? Пусть даже я получу это от мужчины. С которым сплю. За то, что я с ним сплю. Я не могла понять, что меня так во всем этом смущает, потому что надо быть честной – я не слишком волновалась из-за всех этих высокоморальных штучек на протяжении всей своей жизни.
И самую малость, самую чуточку, меня покоробило, что говоря об этом, Рина даже не усомнилась, что мы с Коулом расстанемся. Хотя, конечно это произойдет. Я ведь не думаю, что этот мужчина захочет вечно видеть меня перед своими глазами. Рано или поздно он от меня устанет. Ему захочется чего-то нового.
Или мне. Разве это не могу быть я, та, кто прекратит эти отношения?
Без одной минуты одиннадцать позвонил Коул и сказал, чтобы я спускалась. Я поднялась, взяла свою сумочку и прежде чем выйти, взглянула в зеркало на стене у двери.
Светло-фиолетовый сарафан сделал мою бледную кожу еще светлее. Я всегда была довольно бледной, а на контрасте с темными волосами это особенно бросалось в глаза. Мои попытки получить ровный, золотистый загар обычно заканчивались болезненным покраснением. Волосы – они у меня были густые и блестящие, чему всегда завидовала моя младшая сестра – я слегка подкрутила на концах и оставила распущенными. Их длина доходила мне до середины лопаток.
– Ты красотка! Коул будет сражен. – Рина показала мне два больших пальца, поднятых вверх.
Я улыбнулась ей. Надеюсь, однажды смогу отблагодарить ее за то, что она так добра ко мне.
Выйдя из дома, вместо лимузина я увидела черный глянцевый автомобиль, марка которого была мне неизвестна. Коул ожидал меня у лестницы. Мое дыхание сбилось, стоило мне его увидеть. Сегодня он был одет в светло-серые слаксы и белую футболку-поло. Его глаза скрывали солнцезащитные очки, но я знала, что он наблюдал за мной, пока я спускалась по лестнице.
– Здравствуй, детка, – широко улыбнулся мужчина, протянув мне руку.
Пробормотав что-то в ответ, я вложила пальцы в его ладонь. Мое сердце принялось учащенно биться. Что, теперь так каждый раз будет?
Коул открыл передо мной дверцу, и я забралась в салон, придерживая подол своего сарафана. Теперь я уже засомневалась, стоило ли его надевать и не слишком ли он короткий.
Сантос приветствовал меня, и я поздоровалась с ним в ответ, улыбнувшись.
– Мне нравится твое платье, – склонившись к моему уху, прошептал Коул. Его теплое дыхание коснулось моей кожи. Он снял очки и его темный, глубокий взгляд скользил по моему лицу, беззастенчиво давая понять ход его мыслей.
Я волновалась из-за того, что Сантос был совсем рядом и мог уловить, как я возбуждаюсь по вине его хозяина. Поэтому я отвернулась к окну, мысленно велев себе успокоиться.
Коул нашел мою руку на сиденье и сплел наши пальцы вместе, большим пальцем вырисовывая невидимые узоры на моей ладони. Это совсем не способствовало тому, чтобы снять напряжение и понизить градус накала. Но мне нравилось то, что он делал, и наши руки были соединены до тех пор, пока мы не приехали в клинику.
Это оказалось небольшое, частное здание, вид которого и внутри и снаружи говорил о больших финансовых вложениях. Внутри мы с Коулом разделились: молодая, приветливая медсестра увела меня за собой и взяла у меня кровь, после чего в кабинет вошла женщина средних лет, представившись как доктор Леони. Она оказалась гинекологом и провела осмотр, напоследок сообщив, что результаты анализов будут готовы завтра.
Освободившись, я вернулась в небольшую приемную. Коул уже ожидал меня. Он сидел в кресле из светлой кожи, просматривая что-то в своем телефоне. Увидев меня, мужчина поднялся.
– Все хорошо?
Я кивнула, игнорируя легкую тревогу в желудке. Все происходило так быстро. Я увлекалась им слишком быстро. Мгновения между тем, как я увидела Коула и тем, как он поднял голову и заметил меня, было достаточно, чтобы меня прошибло предчувствие неминуемой катастрофы.