Лагерь корпуса Скобелева расположился на краю плато, возвышающегося над озером и городом. Со стороны города подъем на плато от речки был пологим, и имел протяженность метров триста. Южнее лагеря плато было плоским. И подъем, и само плато были покрыты весенним разнотравьем, усеянным полевыми цветами. Сам лагерь имел форму овала размером 500 на 200 метров. Со всех сторон лагеря, кроме северной, выходящей на склон, обращенный к городу, насыпали вал высотой полтора метра.
Эмир решил атаковать ширванцев, надеясь разбить их по частям. Утром войска эмира стали выходить из города. В километре от реки пехота начала строиться в фалангу, рядов 20 глубиной. Конницы видно не было. Сам эмир с военачальниками расположился в сотне метров за фалангой. Их было отлично видно по поднятым флагам и блеску золоченых доспехов.
В ставке эмира взревели трубы. Ударили большие барабаны, задавая ритм пехотного шага. Фаланга качнулась и пошла вперед, сверкая в солнечных лучах щетиной поднятых вверх копий. Это было внушительно и даже красиво. Стена разноцветных щитов, блеск доспехов и шлемов. По мере приближения фаланги, ритм барабанов постепенно ускорялся.
Когда передняя шеренга подошла к речке, в ставке эмира трубы взревели во второй раз. Первые шеренги пехоты вступили в речку, бежавшую по галечному дну, глубиной максимум по колено.
В это же время наблюдателидоложили Царю, что с тыла показалась конница противника. В полутора километрах южнее лагеря на плато располагался невысокий пологий холм. Через него и перевалила конница.
Эмир ночью вывел из города через северные ворота всю свою конницу и гвардейскую пехоту. Конница с гвардией совершила скрытный марш полевыми дорогами через холмы и вышла в тыл ширванцам. Развернувшись лавой на полкилометра, конница понеслась к лагерю. Это тоже было внушительно. Грозный топот копыт, развевающиеся над лавой знамена, опущенные вперед копья.
Мечники Царского полка вышли из лагеря и окружили его сплошным кольцом, выстроившись в две шеренги, опустив копья. Лучники встали за мечниками, у каждого из них, кроме колчана со стрелами, имелось по шесть коротких метательных копий — сулиц. Стрелки выстроились на валу, чтобы стрелять через головы пехотинцев. Мортиры тоже стояли на валу, прикрывая лагерь с тыла и флангов.
Скобелев дал команду сигнальщикам. Вверх взлетели красная, затем зеленая, затем желтая ракеты. Стоящие на северной стороне лагеря над склоном полевые пушки рявкнули, выпустив четыре снаряда по ставке эмира. Шрапнель разорвалась точно над головами эмира и его военачальников.
Две роты стрелков, выстроившиеся на гребне между пушек, открыли частый огонь по пехоте. Свежий бриз, дувший с озера, относил дым от выстрелов и не мешал прицельной стрельбе. Воины в передних шеренгах фаланги стали падать под ноги следующим за ними.
Вторым залпом пушки выбросили шрапнельные снаряды по подошедшей кречке пехоте. Затем расчеты пушекперешли на беглый огонь.
Когда конница сблизилась на 500 метров, вверх взлетела следующая серия ракет. Рота стрелков, выстроившийся на валу с южной стороны лагеря, открыл огонь по коннице. Об упавших коней и выбитых пулями из седел всадников, спотыкались следующие за ними. Во многих местах конной лавы возникли свалки из коней и людей.
Когда конница эмира приблизилась на четыре сотни метров, басовито громыхнули мортиры, выбросив вверх гранаты, хорошо заметные в полете. Взрывы шестидюймовых гранат вырубил осколками в рядах всадников целые «поляны». А кроме того, сильно напугали лошадей. Шарахнувшись в сторону, они сбили с ног своих соседей. Вокруг каждого разрыва образовалась свалка радиусом в полсотни метров.
Пушки и стрелки продолжали беглую стрельбу. На фронте вся речка была завалена убитыми и ранеными пехотинцами. Вода в реке стала красной. Лишь немногие воины перешли реку и попытались бежать вверх по склону. Их стрелки выцеливали специально. Самых упорных, подошедших на сотню шагов, утыкали стрелами лучники. До строя мечников не добрался ни один. Напуганные колоссальными потерями и грохотом пушек остатки эмирской пехоты побежали в город.