Воинов было много и хотя они старались передвигаться тихо, тем не менее привлекли внимание жителей. То там, то здесь из распахнутых окон смотрели испуганные лица и с поспешностью затворяли их обратно.
Губернаторский дом был взят с минимальным сопротивлением. Перебив немногочисленную охрану, из покоев выволокли испуганного Кадума, замотанного в одеяло, с побелевшим от ужаса лицом. Его дочерей, так же как и жену, не тронули и они, рыдая, выглядывали из выбитых дверей, провожая мужа и отца печальными взглядами.
Храм Тиу пал сразу, едва воины ворвались внутрь. В Мауле не было Гвардии Солнца, как в Тинсу и жрецы не могли оказать сопротивление вооружённым теки. У большинства не было даже кинжалов, да и те, у которых они были, сразу побросали их на пол. Связав служителей верёвками, теки оставили всех в большом дворе, подле храма, за исключением Чаака и нескольких верховных жрецов, которые были отведены в храм Шолло, где в темницах было решено держать наиболее важных пленников. Старый Квалпо сам запер дверь за каждым из них, проверяя замки. Чаак глядел на него с презрением, пока его вели по тёмному коридору, но Квалпо не испытывал по этому поводу ни малейшей радости. Квалпо не любил жрецов Тиу, не безосновательно считая их виновными в случившемся, но казнь служителей никак не могла вернуть Тарегана к жизни.
В казармах городской стражи теки пришлось выдержать настоящий бой с людьми Кутта, которые, после свержения Туно, стали новой городской стражей, в награду за своё участие. Теперь, понимая, что их ждёт, наёмники не собирались сдаваться, отчаянно сопротивляясь. Они забаррикадировались в зданиях и вели успешную стрельбу из луков, выбивая наступающих. Командиру теки надоело бессмысленно терять людей и оглядев деревянные пристройки к казармам, он скомандовал воинам забросать их факелами. Подтянув своих лучников и глядя на разгорающийся пожар, он приказал оцепить казармы тройным кольцом, чтобы никто из наёмников не имел шанса вырваться.
Баррикады, воздвигнутые людьми Кутта, теперь сыграли с их создателями злую шутку, препятствуя быстрому прорыву. То там, то здесь группки людей пытались пробиться через дворик, но падали под градом стрел и копий. Через некоторое время пожар разгорелся настолько, что внутри никто не мог уцелеть, но тем не менее, теки держали оцепление до самого рассвета, пока казармы не превратились в дымящиеся руины.
Дворец Тарегана охранялся слабо и теки смогли ворваться в него сразу с трёх сторон. Перебив охрану, они двинулись в покои правителя, где их встретил Шаур с боевой палицей в руке. У теки был приказ брать его только живым и они изо всех сил пытались его исполнить. Едва уворачиваясь от его ударов, воины кружили вокруг Шаура, пытаясь выбить палицу из его рук. Наконец, один из них швырнул в него тяжёлую шкуру, висевшую на стене, и пока Шаур уклонялся от неё, другой теки выбил палицу боевым топором, а остальные навалились гурьбой, связывая упирающегося правителя.
Его увели в храм Шолло и только утром, когда рассвело, в город вошли дополнительные отряды теки и наместники Канбе и Орми, въехали вслед за ними, направляясь к дворцу правителя города. Предстояло решить, как поступить с пленными и кого назначить наместником Мауле.
Гасси и Бадж заранее вели об этом разговор, сойдясь на компромиссе. Судьба Амару, сына Тарегана, оставалась неизвестной и пока не появилось определённости, он считался наследником отца по праву. Следовательно, им необходимо назначить какого-то человека наместником Мауле до возвращения Амару, либо до получения каких-либо достоверных доказательств его смерти. Никто из них не мог уступить другому такой хороший шанс на правление и мешая друг другу, они решили выбрать кого-то из местных жителей, не замешанных в перевороте. Сейчас, вступая в носящий следы битвы дворец, у них ещё не было согласовано, кто именно должен будет заменить Тарегана на своём посту. Каждый из них предлагал своего кандидата и точно так же отвергал кандидата от соперника. Нужен был нейтральный человек.
Внезапно, оба сошлись на Тори, но выяснилось, что его давно уже нет в Мауле и спор зашёл в тупик. Когда уставший Чикоме, едва передвигая ноги, вошёл в опустевший зал, одинаковые мысли пришли в голову наместников. Переглянувшись и оценив реакцию друг друга, через небольшую паузу они заставили себя заговорить. Гасси Махк, как более нетерпеливый, первый перешёл к вопросам:
— Так ты говоришь, что пленные размещены надёжно?